Главный тренер «Вашингтона» Барри Троц только кажется суровым, закрытым и скупым на слова человеком, который при виде журналистов перестает улыбаться и включает режим Олега Знарка. Он готов говорить и рассуждать на многие темы – от хоккея «Кэпиталс» и птички Евгения Кузнецова до характера Александра Овечкина и критике Дональда Трампа. У его младшего сына – синдром Дауна, но и эта история не является для Троца запретной. Он не раз рассказывал об этом и открывал свою семейную жизнь для всех. Но в биографии Барри есть отрезок, вспоминать о котором ему не нравится, но именно об этом хочется спросить, когда впервые видишь тренера «Кэпиталс».
А что с его шеей? Ее как будто нет.
Этому вопросу почти 30 лет. Барри было 17, он играл за команду Западной хоккейной лиги из Саскачевана и мечтал, что когда-нибудь его заметят скауты из НХЛ. Особого таланта у защитника «Реджайны Пэтс» не было, но характер и желание биться выделяли Троца среди таких же дуболомов, как он. В одном из матчей Барри побежал за шайбой, чтобы судьи свистнули проброс, коснулся ее и тут же получил сильнейший удар в спину от соперника.
– Я находился примерно на линии ворот, но мне двинули клюшкой так сильно, что я летел к борту почти параллельно льду как Супермэн, – рассказывал Троц в интервью The Tennessean. – На какое-то время я потерял сознание, а когда очнулся, то увидел около себя тренера и ребят по команде. Меня накрыл страх, ноги и руки пронзила сильная боль.
Оказалось, что Барри сломал семь позвонков шейного отдела позвоночника и получил сотрясение мозга. Тот матч он доиграл.
– Перед игрой прошла драка, и у нас в составе оставалось не так много игроков. Я дотерпел до конца матча, – говорил Троц. – Но потом команда добиралась на автобусе до дома почти 10 часов. Тогда я и почувствовал, что травма по-настоящему серьезная.
Два следующих месяца он не играл, а восстанавливался. Из-за боли Троцу было тяжело лежать на кровати, он часто засыпал, сидя в кресле, и только после приема таблеток. Чтобы укрепить спину, плечи и шейный отдел, Барри начал качаться. Он выжимал более 170 кг, быстро набрал мышечную массу и вернулся на лед в середине сезона. Троц даже провел несколько драк, а весной стал с «Пэтс» чемпионом WHL. Но задержаться в команде надолго ему не удалось. Шея продолжала болеть, а из-за резкого набора веса у защитника полетела связка на колене и травмировалось бедро.
– Худшее время моей жизни – период с 22 до 28 лет, – вспоминал Троц. – По идее, ты должен быть на пике, здоровье еще не должно тебя тревожить, а я с трудом ходил. Не мог нормально сесть из-за боли, а в какие-то моменты был прикован к кровати.
Проблемы с шеей с возрастом не исчезли. Троц к ним привык, он просто не рассказывает о них. Журналисты The Tennessean писали, что иногда Барри глотал болеутоляющие таблетки как попкорн, чтобы доработать до конца сезона с «Нэшвиллом». Когда камеры во время матча выхватывают гримасу недовольства на лице тренера, это необязательно связано с игрой его команды. После двух-трех часов стояния на одном месте больная спина напоминает о себе, и Троцу приходится терпеть.
– Многое зависит от погоды, моего сна и, конечно, результатов команды, – говорил он. – Порой, ты не замечаешь, как ноет шея, а иногда она как зубная боль не дает тебе думать о чем-то другом.
За полгода до завершения карьеры, осенью 1982-го, Троц заглянул в тренировочный лагерь «Вашингтона» и заявил: «Я буду играть, не жалея себя». А вдруг повезет? Директор по развитию игроков «Кэпиталс» Джек Баттон посмотрел на него, выслушал и ответил: «Парень, есть только одна причина, по которой ты здесь. Я думаю, из тебя может получиться лидер команды из минорной лиги или тренер».
Через 12 лет после разговора Троц выиграл с фарм-клубом «Вашингтона» чемпионство в плей-офф АХЛ, в 2016-м стал лучшим тренером НХЛ, а этим летом принес «Кэпиталс» трофей, о котором они мечтают с момента основания. Как и в матче, который он доиграл со сломанной шеей, Барри не сдался до самого конца.
Источник: "Sports.ru"
Ставь лайк и подписывайся, чтобы первым узнавать о самых ярких новостях из мира хоккея