Подполковник Александр Петухов — штурман разбившегося после вылета из Сочи лайнера Ту-154Б-2 Минобороны России — в апреле 2011 года участвовал в спасении «танцующего лайнера». Тогда самолет такой же модели совершал посадку в аэропорту Чкаловский с неисправной системой управления.
Борт Ту-154Б-2 RA-88563 планировали перегнать на ремонт в Самару. После взлета самолета в работе его системы управления обнаружились неполадки. Самолет стал раскачиваться в воздухе и подпрыгивать, что было заметно с земли. Журналисты позднее назвали лайнер «танцующим».
Тем не менее Ту-154 удалось посадить на полосу в Чкаловском благодаря умелым действиям экипажа. Петухов был штурманом «танцующего лайнера». Его вместе с коллегами наградили орденами Мужества.
Его полет противоречил всем законам аэродинамики. Был миг, когда казалось, что самолет летит хвостом вперед. Можно было подумать, что экипаж устроил какой-то хулиганистый цирковой номер под облаками. Машина с оглушительным ревом то устремлялась к земле, то задирала нос и, заваливаясь с одного крыла на другое, рвалась вверх, а затем снова бросалась к земле в каком-то сумасшедшем танце с пьяными пируэтами. А когда серебристая махина, прощально помахивая крыльями, стала снижаться и скрылась за верхушками леса, то у человека, снимавшего ее на мобильник, вырвалось из глотки очень горькое матерное слово, которое могло означать самое страшное: «П...ец!!!»https://www.youtube.com/watch?v=XOh87e7dX-E
По логике вещей, в ту же минуту должен был прозвучать взрыв, а затем потянуться по голубизне весеннего неба траурная чернота дыма. Но этого, к великому счастью, не случилось. Потому что пилотам все-таки удалось усмирить взбесившийся самолет и посадить его на родной аэродром Чкаловский.
И после этого возникает вопрос, как мог Петухов допустить ошибку, лётчик экстро класса. Как он мог забыть закрыть закрылки на Ту-154 разбившемся над Сочи. Именно он по штатному расписанию отвечал за их закрытие, да не мог он ошибиться, если бы ошибся, у такого профессионала хватило бы времени исправить ошибку.Всё же об этом поговорим потом, а сейчас вернёмся к танцам.
После того как был выполнен взлет, примерно на высоте 20 метров, сразу после отрыва, была дана команда на уборку шасси помощнику командира корабля, чтобы проверить работоспособность системы уборки и выпуска шасси. Но еще до того, как Халяпин собирался выполнитькоманду, появился резкий крен в правую сторону. Причем крен был достаточно большо
- Командир парировал этот крен. Поскольку самолет накренился вправо, он отклонением штурвала влево пытался привести машину в нейтральное, то есть нормальное, положение. И дал команду не убирать шасси.
записанно с его слов
- Взлет был штатный. Согласно руководству по летной эксплуатации у нас полетная масса позволяла выполнять взлет на номинальном режиме работы двигателя.
- Кроме экипажа, на борту еще кто-то был?
- Нет.
- И на какую высоту вы забирались?
- После того как был выполнен взлет, примерно на высоте 20 метров, сразу после отрыва, я дал команду на уборку шасси помощнику командира корабля, чтобы проверить работоспособность системы уборки и выпуска шасси. Но еще до того, как Халяпин собирался выполнить мою команду, появился резкий крен в правую сторону. Причем крен был достаточно большой.
- Как вы отреагировали на это?
- Я парировал этот крен. Поскольку самолет накренился вправо, я отклонением штурвала влево пытался привести машину в нейтральное, то есть нормальное, положение. И дал команду не убирать шасси.
БОЛТАНКА
- В тот момент хоть какая-то догадка, что с машиной, в голове мелькнула?
- Первая мысль - у нас произошел отказ в системе закрылок.
- Такое в вашей практике было?
- Не было. Но моя версия отпала сразу, потому что, когда самолет прошел через нейтральное положение, его начало кренить в другую сторону. А самолет продолжал набор высоты.
- Не было мысли сесть?
- А куда садиться? Аэродром уже позади, а впереди - город.
- А какой была скорость?
- Порядка 280 километров в час.
- И как развивалась ситуация?
- Я отклонением штурвала пытался самолет удержать в нормальном положении, чтобы машину не разбалтывало. Но уже было ясно, что ситуация на борту нештатная. Потому что закрылки в нормальном положении, а лайнер стало еще больше раскачивать.
- Почему же шасси не убирали?
- Потому что было принято решение о посадке с обратным стартом. Штурман мне дал рекомендацию: предлагаю выполнить посадку с обратным курсом. Я согласился и дал команду на увеличение работы двигателей до взлетного режима, и начали дальнейший набор высоты. Скорость стала расти. Убрали закрылки с 28 до 15 градусов.
- Зачем это делалось?
- Решение было такое: отвернуть вправо на расчетный угол, набрать высоту 600 метров и левым доворотом развернуться на обратный посадочный курс и выполнить посадку. Но из-за того что крены были большие, больше 30 градусов, заваливались мы очень глубоко, это было очень опасно для этого самолета. Но мы думали о главном - посадить самолет. Развернуться на полосу.
- В похожую ситуацию вы когда-нибудь попадали?
- Нет. Это первый случай, И дай бог, чтобы последний. Помощник командира корабля, после того как было принято решение, что мы выполняем заход с обратным посадочным курсом, сразу вышел на связь с руководителем полета, доложил ему, что мы выполняем разворот и будем садиться.
- Что земля сказала?
- Выполняйте. Но из-за того что крены были большие, мы не смогли выполнить данную схему. Самолет стало разворачивать вправо. И плюс ко всему появились колебания по курсу и тангажу. То есть в трех плоскостях. Поэтому выполнить намеченный маневр мы не смогли. Нас земля постоянно контролировала. Руководитель полета постоянно видел, где находится самолет, давал свои рекомендации.
Командиру корабля удается выровнять машину за несколько секунд до того, как шасси коснутся бетонки
Командиру корабля удается выровнять машину за несколько секунд до того, как шасси коснутся бетонки
Плохо управляемый самолет заходит на посадку с креном вправо
Плохо управляемый самолет заходит на посадку с креном вправо
Счастливый миг посадки
Счастливый миг посадки
ТРЕТИЙ ЗАХОД
- Когда был самый опасный момент полета?
- Самый страшный момент был, когда нас над Щелковом очень сильно кидануло... И так накренило, что я узнал магазин «Глобус»...
- Вы там часто бываете?
- Да, приходится бывать. После этого хоть и с трудом, но все же был выполнен разворот полностью. Мы увидели нашу родную полосу. За нее зацепились и пытались выполнить маневр, чтобы сесть. Но из-за того что поведение самолета было необычным, ненормальным, мы поняли, что выполнить посадку по той схеме, по которой собирались, не сможем. Не сможем попасть на полосу. Штурман мне говорит: командир, мы на полосу не попадаем, нам надо с другим стартом.
- Сколько длилась эта болтанка?
- Весь полет, если его можно назвать полетом, длился 13 минут. Экипаж действовал как единое целое. Каждый делал свое дело.
- И все же что случилось тогда с лайнером?
- Понять было сложно, да и времени на принятие решения было мало. За 13 минут полета было выполнено три захода на посадку. К тому же отказ был не сигнализированный - все системы показывали, что были в работе, не горело никаких лампочек, ничего не говорило об отказах, не было сигналов, что что-то не работает. Но болтало нас очень сильно.И всё же они его посадили.