Правительству Российской Федерации под руководством Дмитрия Анатольевича Медведева удалось то, чего не удавалось всем российским правительствам, начиная со времен Бориса Николаевича Ельцина. Оно сформировало в стране абсолютный консенсус по конкретному вопросу. А именно: население страны - от 80 до 92%, по разным опросам - считает, что пенсионный возраст повышать нельзя. Оставшаяся часть, не согласная с этим, либо состоит в различных правительственных учреждениях на неплохой зарплате, либо регулярно столуется в этих учреждениях на временных контрактах.
Можно долго перечислять аргументы против повышения возраста. Скажу просто - на сегодня депутатам Государственной думы предложено просто поднять планку пенсионного возраста. Именно это написано в законопроекте. Все остальные обещания - от роста продолжительности жизни до роста пенсий - излагаются представителями правительства в стиле “а на словах велел передать”. Никаких письменных обязательств!
Впрочем, даже если бы они были, у граждан нет никаких оснований верить этим обещаниям. За новейшую историю России у пенсионеров уже несколько раз изымались накопления. За последние десять лет было проведено несколько качественных изменений пенсионной системы. Каждое из них сопровождалось словами о том, что на этот раз - “надолго и всерьез”. Обещаний хватало на несколько лет.
Последние изменения касались введения “балльной” системы исчисления пенсий в 2015 году. Именно о необходимости отказа от “балльной системы” заявила вице-премьер Татьяна Голикова. Это заявление прозвучало на следующий день после того, как на заседании Российской трехсторонней комиссии представители правительства отстаивали повышение пенсионного возраста. Но там как раз ни одного слова о других изменениях в пенсионной системе сказано не было.
Почему не было сказано? Потому что законченной картины пенсионной системы у правительства нет. А предложения по ее реформированию выдвигаются по принципу “как не задеть уважаемых людей”. (Кстати, именно поэтому у нас в стране не вводят прогрессивную шкалу налогообложения, но зато пытаются поднять пенсионный возраст.)
Итого. Подавляющему большинству населения предложено отказаться от своих прав и денег в обмен на устные обещания специалистов, которые за длительное время не смогли стабилизировать ни экономику страны, ни пенсионную систему. Так можно ли осуждать население, которое не верит этим обещаниям и выступает против повышения пенсионного возраста?
Можно ли повысить пенсионный возраст? Можно. Но для этого правительство Российской Федерации предварительно должно за несколько лет переходного периода не пообещать, а осуществить ряд конкретных шагов:
- реализовать на практике политику повышения зарплат как в бюджетном, так и во внебюджетном секторе, учитывая работу на одну ставку;
- усилить защиту прав работников не через демагогическое распоряжение Роструду “следить, чтобы пожилых брали на работу”, а через расширение прав профсоюзов, включая право на забастовку;
- защитить права безработных, ратифицировав Конвенцию МОТ № 102 без изъятий в части страхования от безработицы, а также определив человеческий уровень пособия по безработице;
- утвердить и сделать хотя бы несколько шагов по реализации программы по созданию 25 млн новых, высокопроизводительных, достойных рабочих мест (напомнить, чья это идея?);
- вернуть Росстату статус экспертной структуры, независимой от влияния ведомств, чьи результаты работы он косвенно оценивает.
Есть и еще несколько пунктов.
И только после того, как все эти пункты будут выполнены, в стране появится подобие социальных отношений, которые допускают - не гарантируют, а допускают! - разговор о повышении пенсионного возраста.
А пока что на предложения правительства “сначала - возраст, а после деньги” стоит отвечать в стилистике монтера Мечникова: “Дуся, вы меня озлобляете. Я человек, измученный пенсионными реформами”.
Только так.
Александр Шершуков, главный редактор "Солидарности"