— Итак, я собрала вас всех здесь, чтобы сообщить наиприятнейшее известие, — важно вздёрнув кверху точёный носик, объявила принцесса собравшимся рыцарям. — Дракон улетел.
В ответ послышался одобрительный гул голосов, а стоявшая на балконе высокой башни принцесса продолжила:
— Так что теперь у каждого из вас есть шанс заполучить мою руку, — сообщила она торжественно. — Руку и всё остальное. Я тут составила расписание для посещений. Ловите!
С этими словами красавица ловким движением отправила в собравшуюся внизу на лужайке компанию потенциальных женихов свиток.
***
— И как тебе тут одной? — икнув, спросил рыцарь и отпил ещё немного вина из бокала. — Не страшно? А то я мог бы остаться. Исключительно, чтобы это… ну, это… Чтобы охранять твой сон. Вот.
— Ммм… — томно заглядывая ему в глаза, протянула принцесса. — Но это же, пожалуй, будет выглядеть неприлично.
— Да, ладно тебе. Никто не узнает.
— Ммм… Я должна подумать, — хихикая, ответила она.
— Мне кажется, я знаю, как тебя убедить, — уверенно заявил кавалер и встал из-за стола, намереваясь подойти к прелестной юной особе. Он уже почти достиг своей цели. До кресла, где расположилась принцесса, оставалась всего-то пара шагов, но сделать их рыцарь не успел, так как внезапно упал навзничь и громко захрапел.
Впрочем, для хозяйки башни это не было такой уж внезапностью. Она моментально вскочила на ноги и, достав из кармана верёвку, направилась к лежащему на полу телу в доспехах.
***
Сидя за столом у камина, она писала письмо своему дракону:
«Милый друг, хватит уже дуться. Признаю, я была не права. Но и ты тоже повёл себя не слишком красиво. Обиделся. Улетел. Даже не дал объясниться. Может, всё же, попробуем вернуть всё, как было? В знак примирения уже начинаю готовить для тебя праздничный ужин — жаркое из сорока рыцарей и одного принца.
Прилетай скорее. Жду с нетерпением.
Твоя прекрасная принцесса».
***
—Но как? — не пытаясь скрыть своего недоумения, прорычал огнедышащий, оглядывая сорок рыцарей и одного принца, связанных меж собой.
— Да так, — хмыкнув, ответила принцесса. — Ничего особенного. Просто некоторым надо меньше пить. И вообще, негоже доблестным рыцарям являться на ночь глядя к молодой и красивой барышне, даже если она сама приглашает.
— И? — только и выдал дракон в ответ на её объяснения.
— Ладно-ладно, признаюсь. И немного снотворного в вине. Чуть-чуть. Только чтобы усыпить. На время, — потупив взгляд, затараторила она. — Зато теперь они все твои. Сейчас я быстренько сбегаю на задний двор за овощами и прихвачу на кухне специи. А ты тащи из пещеры свой большой котёл.
— Но ты же знаешь, что я вегетарианец! — возмутился ящер, выпуская из пасти струйки дыма.
— Ой! Кому ты лапшу-то на уши вешаешь? — рассмеялась она. — Я давно в курсе, что это всё сказки. А рассказываешь мне их ты, исключительно чтобы меня не пугать. Оно и понятно, принцесса — робкое и нежное создание. Но мы же столько с тобой живём вместе! Давно мог признаться.
— Но если же я всех их сейчас пущу на жаркое, кто будет тебя из этой башни вызволять, замуж звать? А? Это ж тут сейчас все самые приличные окрестные женихи, — уточнил дракон, обводя взглядом тех, кого принцесса предлагала приготовить к ужину в честь примирения.
— Приличные? — удивилась она, картинно вздымая глаза вверх. — Наклонись-ка ко мне, я расскажу тебе, что они мне предлагали, пока тебя не было!
Огнедышащий склонил голову так, чтобы она смогла прошептать ему что-то на ухо. Услышав слова принцессы, он, не удержавшись, изверг в сторону связанных несколько языков пламени.
— Пожалуй, ты права, — согласился, наконец, ящер. — Но как же ты? Ты понимаешь, что ты теперь останешься одна. И возможно, что навсегда, ведь жители соседних королевств очень скоро прознают о том, что все местные рыцари пошли на корм злому дракону. Вряд ли, кто-то сунется после этого в наши края.
— Послушай, но мы же с тобой не первый год вместе. Я же прекрасно знаю, что ты можешь становиться человеком, пусть и не навсегда. Кстати, в обличии дракона ты мне нравишься куда больше, — выдала на одном дыхании она, а затем поспешно чмокнула дракона прямо в его драконий нос. — И вот ещё: вовсе ты не злой. Но остальным об этом знать совершенно не обязательно.
