Когда отец Алисы узнал, что у него будет ребёнок, бросил нас и уехал в другую страну. Мы остались вдвоём: я и моя девочка. Мы жили бедно, мне приходилось работать в две смены, чтобы хоть как-то оплачивать квартиру и покупать еду. Когда Алиса родилась, мне приходилось ещё больше работать, чтобы прокормить ребёнка. Алису я оставляла на свою маму, а сама зарабатывала на жизнь. Девочка начала расти, но по-прежнему мы почти не виделись. Уже к восьми годам, она начала жаловаться на то, что мы мало видимся. Я это и сама понимала, но мне нужно было как-то кормить и одевать мою девочку.
В 18 лет она перестала называть меня мамой. И я пристрастилась к бутылке. Алиса ещё больше меня возненавидела и начала поздно возвращаться домой, связалась с плохой компанией. Я видела, как моя девочка себя разрушает, но ничего не могла с этим поделать, было уже поздно, контакт был потерян. Я начала ещё больше пить, убивая горе в стакане. Мне было обидно, что моя жизнь сложилась именно так. Я не могла поверит