Любое - даже однократное - потребление алкоголя изменяет возможности головного мозга, и прежде всего, его тонких структур, отвечающих за психику разума и интуитивных прозрений, формируемых на уровне подсознания.
Фактически, разного рода экстрасенсорные возможности дарованы от Бога практически каждому рождающемуся, но не всем дано активно развить их - а уж потребление алкоголя полностью блокирует эти нормальные человеческие возможности. Не случайно Всемирная Организация здравоохранения однозначно классифицирует алкоголь как одну из разновидностей наркотика. Не все знают, что поверхность головного мозга алкоголика - по свидетельству патологоанатомов - напоминает войлочную поверхность, начисто иссечённую молью.
Теория «умеренного пития» не выдерживает никакой критики ... Потребление алкоголя в небольших количествах опасно тем, что человек и его окружение не замечают и не фиксируют происходящих с ним изменений на уровне обыденной человеческой психики - но ведь при этом также поражаются её наиболее ценные тонкие структуры. На следующей же стадии «пития» атрофируется человеческая психика - и человек перестаёт быть человеком.
Как известно, Коран запрещает употребление алкоголя:
«Воистину, шайтан при помощи вина и майсира хочет посеять между вами вражду и ненависть …» (Сура 5 : 91).
При выборе веры князь Владимир отверг кораническое учение, назвав запрет на алкоголь «уставом безрассудным». Этот факт свидетельствует о безрассудстве и замкнутости на внешнюю периферию самого Владимира, ибо нет ни одного исследования, подтверждающего благотворность влияния алкоголя или какого-либо иного наркотика на высшую нервную деятельность человека и на генетику его потомства. Это - средство прямого подавления разума.
Принимая византийское вероучение, князь Владимир, как повествует легенда, отметил: «Веселие Руси есть питие …». Карамзин передаёт слова Владимира в несколько иной редакции: «Вино есть ВВЕДЕНИЕ для русских, не можем быть без него». Карамзин был масоном, а причастные к «всемирному профсоюзу каменщиков» часто выбалтывают сведения о закулисных, истинных причинах того или иного «введения для русских».
И мы, прекрасно обходясь без вина, вправе спросить:
«А разве мы не можем жить без него?».