Я помню первые возвращения татар в Крым. Среди нормальных семей и людей попадались и такие, какие есть в любом обществе. Моя мама была интернационалисткой.
У нас воспитание было, сами понимаете «дружба народов». В те времена мы не были политизированы. Поэтому нормально относились к новым приезжим людям на нашей улице.
Конечно, мы стали чувствовать неудобство, сразу стало трудно попасть в детский сад, школа вдруг стала работать в две смены, новые преподаватели, новые медики и другие работники. Даже на работе начальство стало к нам относиться пренебрежительно, так и говорили, что вот, людей сколько приехало, завтра же на ваше место встанет другой. И вставали. Трудные времена, не лучшие руководители Украины.
Молодых девушек преследовали чужие юноши, и даже замужних женщин. Папы встречали взрослых дочерей с работы.
Когда погибла мама, к нам на похороны пришли тогда две татарочки. Они принесли бутылку вина, и просто посидели в стороне. За стол не садились. Я уделила им внимание.
Они мне сказали, что очень уважали мою маму, потому что из всех она была к ним самая доброжелательная, всегда помогала, подбадривала, в гости приходила. Что они хорошо общались. И из уважения к ее памяти они пришли .
Потом они спросили меня, не буду ли я продавать квартиру. Я на тот момент еще не знала, что у меня ее заберут, несмотря на то, что мои родители отработали за нее 40 лет. Просто не успели приватизировать.
В разговоре они сказали мне, что если кто-то из них находит в Крыму жилье, то даже если у них нет денег, Меджлис сразу выделяет им средства на покупку при обращении.
Что пройдет немного времени, и здесь, в Крыму, кроме татар, никого не останется. Потому что работы нет, молодежь уезжает, старики умирают. Традиции слишком разные, у нас нет ничего общего. Так рассуждали женщины, лет 35 на вид.
Они сказали, что вот мы едим и пьем за столом, когда человек умер. У них это горе, они скорбят. А у нас как гуляние. Мы очень разные.
Когда они ушли, остался неприятный осадок. К вечеру, когда последние люди поминали маму, к нам в квартиру зашли человек семь татар. Я спросила, что им нужно. И они мне ответили, что хотели посмотреть, где будут жить их дети, потому как ордер на нее уже был у них на руках.
Дикие времена, которые тогда творились в Крыму. Мамы не стало и на следующий день квартиру уже забрали и отдали..
Меня не пустило к себе ни одно начальство. Это был 94 год. Никто не захотел со мной разговаривать. Утром следующего дня пришел человек и сказал, отдать ключи. Я ответила, что по закону они не имеют права меня выселять какое-то время. У меня вещи и мне надо совсем этим разобраться.
Я спешно что-то продала, что-то отдала, необходимое снесла все в спальню и закрыла на ключ. Я ходила к юристу, он мне сказал, что у меня есть месяц, чтобы забрать свои вещи. В тот же день пришли молодые люди, посмотреть свою квартиру. Молодая татарская пара. Позже я узнала, что парень был племянником очень большого человека. Адвокат, к которому я тогда обращалась, сказал, что никто не возьмется за мое дело, что это все опасно, что мне лучше съехать побыстрее и забыть.
Времена мракобесия. Властям Украины Крым нужен был только как источник наживы при его разрушении, выжимали все , что могли и им было не до национального вопроса.
Как-то люди организовались со временем сами. Вы же знаете, подобное тянется к подобному. Так и здесь. Хорошие люди любой национальности всегда найдут общий язык, ровно, как и плохие.
Теперь я уверена, что Крым всегда будет многонациональным. Благо Россия такова по сути. За столько лет мы притерлись к друг другу с татарами, нашли общий язык. У меня полно знакомых и друзей, у моих детей, у моих друзей. На какой бы праздник я не пошла к своим друзьям, всегда за столом друзья и подружки татары. Что нам, простым людям делить между собой. Делят нас, как правило, нечистоплотные политики. Зачем далеко ходить, Украина рядом. Так и во всем мире.
Спасибо за прочтение. Ставьте лайки, подписывайтесь на мой молодой канал.
¿R#��
