Интро: Черта
Человек такая сво... такое существо, что его хлебом не корми, но дай посоздавать себе условности.
Возьмем Новый год.
Чисто астрономически это всего лишь точка на орбите нашей планеты. Все прекрасно понимают, что точек этих на орбите бессчетное множество, но — именно на точке между 31 декабря и 1 января люди условились видеть для себя словно бы черту, отделяющую плохое (или недостаточно хорошее) прошлое и искрящееся разнообразными «ништяками» замечательное будущее.
Стоит ли осуждать это чистосердечное заблуждение?
Нет, конечно.
Автор этих слов тоже сво... существо, которое связывает с пересечением этой невидимой похмельной черты свои небольшие надежды, что уж греха таить.
А сбудутся эти надежды или нет — да кто б знал! Поживем — увидим.
Стори: Наблюдатели
Мы наблюдаем друг за другом, я и ты.
Наблюдаем достаточно давно, но при этом стараемся не надоедать друг другу. Никакой назойливости — обычное философское отстраненное наблюдение.
Проведу аналогию. Знаете, как кошка, лежа в луче солнца, наблюдает неторопливый полет пылинок в воздухе комнаты, а пылинки в ответ наблюдают за сонной кошкой? Вот и мы примерно так же.
Кто же мы, наблюдающие друг за другом?
Я — это я. Ты — это Город.
Ты пусть не намного, но старше меня. Ты видел, как я появился на свет, а потом с улыбкой смотрел, как я начал постигать искусство медитативного рассматривания потолка, потому что запеленатым больше ничего делать у меня не получалось. Шли годы, ты видел, как я учился кроме рассматривания потолка делать еще кучу разных не менее интересных вещей, например: ездить на лыжах по окрестным лесам; постигать фотодело с простеньким, но надежным «Орион-ЕЕ»; читать книги, взятые «напрокат» в тихом библиотечном зале; играть на гитаре, порой в кровь стирая кончики пальцев; ловить рыбу на бетонных берегах канала. Хм, да ты и мое первое свидание помнишь.
Я тоже не бездействовал — я невольно видел, как ты меняешься. Одни дома, совсем старые, исчезали, взамен них появлялись новые. Появлялись даже целые новые районы, а старые становились пустырями. Я помню советские магазины, в которых мне довелось поторчать в очередях, отоваривая талоны на питание. На смену советским пришли новые магазины, в которых есть почти все, лишь плати деньги. Еще я помню улицы с только посаженными деревьями; сейчас, по прошествии многих лет, это уже взрослые, крепкие деревья. А еще я помню стрелочные часы на некоторых улицах. Сейчас ты лишен этого обаяния...
Конечно, у тебя есть преимущество в наблюдении: ты существовал до меня и практически со стопроцентной вероятностью будешь существовать и после меня. Мое наблюдение ограничено во времени, но что поделать — се ля ви.
И все же я вполне доволен увиденной (и, возможно, той, что увижу) городской историей. Надеюсь, что моя жизнь тоже хоть чем-то, но будет тебе интересна.
Хайку: Дым
Солнце замерзло.
Вряд ли согреет его
Дым сигареты.
23.12.2015 г. © Толстов Павел