Из интервью Сергея Микулика, советского спортивного журналиста: Вспоминали на могиле лучшую историю про Льва Ивановича: конец сезона, ноябрь, перерыв матча с «Локомотивом». «Динамо» ведет то ли 2:0, то ли 3:0 – ну, как обычно. Лева заходит в раздевалку и говорит: «Идите вы на*** с вашим футболом. Все. Бросаю». И в душ. Тренер Якушин спрашивает всех: «Что случилось-то ребят?». «Да хрен его знает». Идет к Яшину. А Лева под струей кипятка руки греет и курит – ему же можно было. «Что случилось, Лев?». «Мне два раза по воротам ударили! На*** я стою? Два удара, один раз поворотам попали. На*** я вообще на поле-то выхожу? Я же в пингвина превращусь». И бормочет дальше. Якушин выходит ко всем и говорит: «Так, ребята. Вы давайте Льва заигрываете, делайте ему передачи назад». А Кесарев нам уже рассказывает: «А я-то игрок сборной. На трибунах полтинник сидит. Они же свистеть начинают, когда я назад отдаю, думают, что играть не умею! Неприятно ведь!». Вот так они Леву и заигрывали.
Из интервью Сергея Микулика, советского спортивного журналиста:
Вспоминали на могиле лучшую историю про Льва Ивановича: конец сезона, ноябрь, перерыв матча с «Локомотивом». «Динамо» ведет то ли 2:0, то ли 3:0 – ну, как обычно. Лева заходит в раздевалку и говорит: «Идите вы на*** с вашим футболом. Все. Бросаю». И в душ. Тренер Якушин спрашивает всех: «Что случилось-то ребят?». «Да хрен его знает». Идет к Яшину. А Лева под струей кипятка руки греет и курит – ему же можно было. «Что случилось, Лев?». «Мне два раза по воротам ударили! На*** я стою? Два удара, один раз поворотам попали. На*** я вообще на поле-то выхожу? Я же в пингвина превращусь». И бормочет дальше.
Якушин выходит ко всем и говорит: «Так, ребята. Вы давайте Льва заигрываете, делайте ему передачи назад». А Кесарев нам уже рассказывает: «А я-то игрок сборной. На трибунах полтинник сидит. Они же свистеть начинают, когда я назад отдаю, думают, что играть не умею! Неприятно ведь!».
Вот так они Леву и заигрывали.
