Само воровское сообщество выросло на уголовно-воровских обычаях и традициях, которые уходят корнями во времена Ваньки-Каина и Сахалинской каторги XVIII—XIX веков. Появление воров в законе в СССР относится к началу 1930-х годов, когда в преступной среде пенитенциарных учреждений наряду с другими профессиональными уголовниками (жиганами, урками и блатарями) выделяется новая категория («масть»), которая себя изначально определила как элиту. Именно поэтому в круг воров в законе могли входить только определённые типы профессиональных преступников — «городушники-воры» (магазинные), «квартирные воры», «майданщики», «медвежатники» (взлом сейфов). Около двух третей из них составляли «квартирные». Напротив, те из блатных, кто промышлял мелкими кражами, такие как «голубятники», «чердачники» (кража сохнущего белья) или же «воздушники» (обкрадывание продуктовых ларьков), а также те, кто из-за незначительности совершаемых преступлений не обладал авторитетом, в сообщество воров в законе не допускались
Основной сплачивающей силой преступного мира в это время стала тенденция неполитического противодействия и неподчинения власти, а его элитой стали «воры в законе», которые называли себя хранителями криминальных традиций дореволюционной России
Воров в законе связывал т. н. «воровской закон», состоявший из «понятий», в число которых входили, в том числе, следующие
полное неприятие внешних общественных норм и правил;
запрет на какое-либо сотрудничество (в роли свидетеля или потерпевшего) в расследовании преступлений и общение с сотрудниками правоохранительных органов (за исключением собственных следственных мероприятий и судебных заседаний), признание своей вины в совершении преступлений, получение любой помощи от официальных представителей государства;
неукоснительноe следование воровским правилам и непрощение любого их предательства, даже если к отступнику применялось насилие, или он находился в беспомощном состоянии;
запрет на занятие общественно-полезным трудом, занятие в исправительном учреждении административно-хозяйственных должностей (бригадир, дневальный, мастер, нарядчик);
не иметь никаких долговременных связей с женщинами, запрещено иметь семью и поддерживать отношения с родными и близкими;
честное и уважительное отношение к другим равным членам воровского сообщества, что, однако, не распространяется на лиц, занимающих низшее положение или совсем посторонних;
поддержание в местах лишения свободы воровского порядкa и разрешение всех возникающих между заключёнными споров;
привлечение в воровскую среду молодого пополнения;
полная аполитичность, запрет на воинскую службу, ношение полученного от власти оружия и защиту государственных интересов;
умение хорошо играть в азартные игры и вовремя рассчитаться с выигравшим;
запрет на совершение убийства, если его причиной не является защита воровских принципов и чести вора, а также на хулиганство и изнасилование.
В 1940-х годах эти традиции, в конце концов, привели к почти полному уничтожению этого преступного сообщества в исторической форме: во время Великой Отечественной войны многие из «воров в законе» ответили согласием на предложение властей вступить в ряды Красной Армии, чтобы защитить свою Родину от врага (так называемые «суки»). После победы над Германией они вернулись в лагеря, где между ними и «законниками», не отступившими от традиций преступной среды, началась так называемая «сучья война», в результате которой обе стороны понесли значительные потери
В 1979 году в Кисловодске произошла встреча («сходка») криминальных лидеров («воров в законе») и нелегальных предпринимателей («цеховиков»). Pезультатoм встречи была достигнута договорённость о выплате предпринимателями 10 % их доходов в обмен на безопасность