Не так давно нашу бригаду «скорой» занесло по вызову в Малаховку.
Не успели мы открыть калитку, как в нее юркнуло серое полосатое существо и вперед нас, оглядываясь («Ну где вы там, чего медлите?!»), полезло в открытую дверь дома.
Заходим и мы. В кресле сидит парализованная бабулька, а вокруг родня суетится – собирает вещи в больничку.
Тут же, рядом с креслом, на столе, покрытом клеенкой, сидит то же самое существо – серый котяра. Худощавый, но гладкий, и сразу видно, что он из местной шпаны: зеленые глазки наглые-наглые, а порванное ухо явно указывало, что этот бандит явно не чурается схваток с собратьями и даже собаками, не говоря уже о всяких там гусях и курах.
И вот он сидит весь такой горем убитый: ушки поджатые, ссутулился, переминается и такое у кота жалостливое выражение лица, когда взгляд его останавливается на заболевшей хозяйке! Именно лица, а не морды, потому что на морде столько чувств не отражается – и участия, и переживаний, и самой искренней скорби. Мы сразу обратили на это внимание, и кто-то из нас заметил: «А ведь кот все понимает!». На что кто-то из родственников бабульки подтвердил: «Да, он все понимает, только что говорить не умеет».
Мы понесли бабушку к «скорой», а кот понуро шел за нами, и было видно, что он думает, как же теперь ему жить без хозяйки…
Но, слава богу, все обошлось. Через пару недель бабушку выписали из больницы, кот встретил ее радостным воплем и теперь на все обращения к нему говорит «мяу» и понятливо кивает. Вот только по-человечески разговаривать пока не умеет.