В том году жена настояла на своем и числах 10 апреля купила молодых (годовалых) кур-несушек и петуха. И с этого дня каждую минуту она посвящала своей птицеферме. Изучила все, что выложено про курей в интернете, перечитала старые журналы "Приусадебное хозяйство", меня мобилизовала на устройство насеста, вольера и изготовление кормушек. Гордостью жены стал петух, ежедневно пела она ему дифирамбы: и красивый, и кукарекает громче, чем соседские петухи, и тембр голоса приятный! Куда там Киркорову до нашего петушка! А какой галантный, утром первым выходит из курятника в вольер, убедится, что все в порядке, только после этого зовет кур! Найдет что вкусного, никогда не съест сам, а подзовет кого из курочек! Не петух, а какой-то эталон для всех самцов планеты Земля! Чем дальше уходило время от даты покупки кур, тем меньше в рассказах жены про петуха звучало слово "наш". Она стала говорить "мой петушок". То, что куры начали нестись на неделю раньше, чем обещались продавцы, считалось безуслов