— Какой ужас! — рычал отец, извергая во все стороны языки пламени.
— Это он весь в тебя! — заливаясь слезами, пеняла супругу мать.
— Ничего подобного! — взревел он. — У меня по принцессоведению всегда были пятёрки.
— Да, погодите вы! Не может такого быть! — перебила их бабка. — Только неделю назад пришла очередная благодарность ещё из одного королевства, а теперь такое. Что-то не сходится. Давайте-ка ещё раз перечитаем письмо.
***
В свитке, пришедшем накануне, сообщалось о том, что младший и любимый отпрыск из драконьей семьи Редклифов после десяти попыток так и не смог сдать экзамен по принцессоведению. В связи с этим директор Высшей школы благородных драконов вёл речь об исключении незадачливого учащегося. Судя по тону письма, пытаться оспаривать данное решение бесполезно.
Родители вместе с бабушкой ничего не могли понять. Дело в том, что сын их обучался уже на третьем курсе, а это значит, что вот уже двадцать лет, как занимался не только освоением теории, а и вполне успешно воровал девиц голубых кровей из окрестных королевств. Успешность подтверждалась регулярно приходящими на родительский адрес благодарностями от принцев, да рыцарей, которые имели счастье жениться на украденных их сыном принцессах.
Женихи и их родня были довольны и даже благодарили сокровищами. А преподаватели из директор Высшей школы благородных драконов утверждали, что Рэдклиф младший ничегошеньки не понимает в принцессах.
Ситуация выходила весьма странная.
***
— Да как ты мог? — кричал отец на своего отпрыска. — Да, за такое тебе никакого прощения нет! Как мне, уважаемому ящеру, теперь в глаза друзьям смотреть?! Это же уму не постижимо! Ишь, до чего додумался!
— Поверить не могу! Поверить не могу! — только и причитала мать, картинно закатывая глаза.
— Цыц! — оборвала всеобщую истерию бабка, выпустив при этом из пасти небольшое облако дыма. — Объясни лучше, дорогой мой внук, как это тебе удалось. Это ж надо было додуматься до такого. Крестьянских девок вместо принцесс воровать.
— А чего тут додумываться-то? — краснея начал оправдываться юный дракон. — В первый раз оно случайно вышло. Перепутал я. Ну, не понимаю я ничего в этих принцессах. Вот и уволок служанку. Я и не понял, что она не королевских кровей. Это она мне потом уже, после свадьбы правду-то и написала. Вот я и подумал, что раз никто не заметил подмены, к чему всё усложнять? С тех пор и стал вместо принцесс обычных барышень утаскивать.
— Но как никто не замечал-то? — продолжала расспросы бабуля.
— Так я и сам не пойму. А только все они, попадая ко мне, сразу расцветали, что ли. Видать, всё поверить не могли, как так сам дракон с принцессой перепутал. А после приедет жених. Видит башню, видит девицу на балконе. Конечно, уверен, что там никто иная, как принцесса. А барышни от этого совсем менялись. Конечно! Дракон, допустим, мог и передумать, но принц же никак не может ошибиться. А принц, он же ещё и на турнире со мной сражается, чтобы вызволить невесту-то. Разве ж после того, как завоевал, будет кто приглядываться? Тем более, что девушки-то после такого пуще прежнего хорошели. Так и выходило, что никто ничего не замечал.
***
— Гореть мне от стыда в собственном пламени! — сокрушался дракон-отец.
— Ох, что же теперь будет-то? — всхлипывала мать.
— Чего вы тут страсти-то развели?! — хлопнув себя чешуйчатым хвостом по лбу, громогласно спросила бабка. — Подумаешь, исключили из школы! Велика беда. На что ему эта школа? Девушки довольны? Довольны. Женихи тоже довольны. Даже родня всех этих принцев — и та довольна! Мальчик один в пещере живёт, сокровищница пополняется, вам благодарности постоянно приходят. Вот и нечего причитать.
— Но как же наши друзья? Им-то что сказать? Соседям?
— Что сказать?! Скажите, что ваш сын закончил школу экстерном. Никто проверять не станет. Как смог? Потому что гений! Между прочим, так оно и есть.
Кстати, здесь идёт сбор на издание книги о драконах