Историки, наконец-то, расшифровали записи и узнали, какое последнее блюдо ел баснописец в последний злополучный обед.
Иван Андреевич Крылов, знаменитый русский баснописец, был известен своим обжорством, от чего и умер, но что он ел в последний день своей жизни...
Диетологи предполагают, что желудок автора басен Ивана Крылова, вырабатывал повышенное количество кислоты, но при этом стенки его имели толстую мускульную форму и были защищены плотным слоем слизи. Совсем, как у нильского крокодила, который может переваривать всё - даже рога и гвозди… Поэтому Крылов не мог контролировать количество поглощаемой еды. Желудок известного русского баснописца Крылов обладал такими же уникальными свойствами, как и желудок крокодила – мог растягиваться до любых размеров.
Другой русский гений, Александр Пушкин, называл Крылова «преоригинальной тушей» - любя, конечно.
Известно, что Крылов умер от обжорства, когда новая служанка отодвинула стул от стола. Дело в том, что обеденный стол баснописца имел выемку для живота и стул находился на определенном расстоянии, и когда живот баснописца упирался в стол, он прекращал есть.
Иван Андреевич был крупным, тучным мужчиной. Здоровьем обладал отменным, особенно крепким и могучим слыл его желудок. Ходило множество легенд о том количестве еды и спиртного, которые мог за один присест «употребить» баснописец. К примеру, в первый день Масленицы он сразу съедал 30 гречневых блинов (размером с тарелку, толщиной в палец) с красной икрой, а уже потом… садился обедать. Говоря эзоповым языком «Крылов – это Геракл чревоугодничества». На любом званом обеде Иван Андреевич съедал столько, сколько все остальное общество вместе взятое. О «подвигах» обжоры, правдивых и вымышленных, ходило множество эпиграмм.
Даже приятелей своих он выбирал по принципу: кто более хлебосолен, тот и лучший товарищ. Если же кормили не досыта, Крылов, вернувшись домой, съедал кастрюлю кислой капусты и запивал жбаном хлебного кваса. После одного из таких «постных» визитов, он не обнаружил на своей кухне ни капусты, ни кваса. Пошарив тщательно по всем углам, баснописец нашел-таки под столом кастрюльку с пирожками – кухарка забыла их выбросить. Они уже подёрнулись плесенью. Дело было ночью. Закусывая в полутьме, Иван Андреевич понял не сразу, что пирожки-то испортились. Попробовал один – о, хорошо, с моей любимой капустной начинкой, но вроде горчит. Попробовал другой - действительно, горчит. И лишь затем он заметил слой плесени на оставшихся пирожках. Могло ли это маленькое недоразумение остановить нашего поэта? Да, никогда! «Ну, что же, - рассказывал он потом, - ежели умирать, то нет никакой разницы, умру ли я от двух или от десяти пирожков». И съел их все!
А соединив воедино, что желудок мог перемалывать даже гвозди, то так говорить о плесени, то единственной причиной смерти великого баснописца – это пирожки, которых было съедено сверх меры, определенной между столом и стулом.
Сегодня я пожарю классические русские пирожки с капустой, которые так обожал баснописец И.А.Крылов.
Для теста нам понадобиться:
Сметана 15% - 250 гр.
Яйцо - 1 шт.
Растительное масло - 4 ст. л.
Соль - 0,5 ст. л.,
Сахар - 4 ст. л.
Дрожжи - 50 гр.
Мука - 1,5 – 2 кг
Вода - 0,5 л
Выливаем в кастрюлю сметану, вбиваем яйцо, высыпаем соль и сахар, тщательно размешиваем. Добавляем дрожжи и вливаем воду. Продолжая перемешивать, постепенно добавляем муку. Оставляем тесто на два часа, периодически приминая его (по мере поднимания).
Готовим начинку. Мелко шинкуем средний качан (до 1 кг) капусты. На разогретую с маслом сковороду высыпаем нарезанный лук и натертую морковь. Пассируем пару минут. Высыпаем капусту и тушим до готовности на маленьком огне (под крышкой). За две минуты до окончания тушения, капусту солим и добавляем томатную пасту. Даем начинке остыть, затем формируем пирожки и жарим их на сковороде с подсолнечным маслом.
Эх, жареные пирожки с капустой сродни сексу – один раз попробуешь, потом за уши не оттянешь! Только вот не рекомендуем доводить их до состояния зеленой плесени. Пирожки – это не сыр, а вы не Крылов и не крокодил.
Кушайте на здоровье