2 ноября Гнилицкую вызвал командир роты. За несколько дней пребывания в части она уже усвоила некоторые военные термины и, благодаря военной подготовке в кружках, мало чем отличалась от бойцов первого года службы. И сейчас, явившись к командиру роты, она приложила руку к ушанке и доложила:
— Разведчица Гнилицкая по вашему приказанию прибыла! — Командир роты осмотрел ее с ног до головы, спросил, не обижают ли бойцы, какие есть вопросы.
Нина сразу же выпалила:
— Вряд ли найдется желающий меня обидеть. Наоборот, нет ли на меня жалоб? Тут некоторым я уже показала, что такое военная служба.
Такой ответ, наверное, удовлетворил командира, и поэтому он сразу перешел к делу.
— Вот вы, товарищ Гнилицкая, много говорили, что стремитесь стать хорошим разведчиком. Сегодня получен приказ добыть сведения о противнике, перешедшем к обороне на подступах к городу Красный Луч. К вечеру отправится на выполнение этого задания группа разведчиков во главе с лейтенантом И. И. Минаковым. Думаю, вы бы смогли оказать разведчикам необходимую помощь.
Нина не стала ничего переспрашивать и уточнять. Она ответила:
— Спасибо, товарищ командир, за доверие!
А наутро следующего дня Минаков докладывал о мужестве и бесстрашии Гнилицкой в первом бою...
Когда группа разведчиков, пробравшись небольшим оврагом почти к самым передовым окопам и траншеям немцев, собрала необходимые сведения и стала возвращаться обратно, раздалась пулеметная очередь.
— Ложись! — приказал лейтенант Минаков.
Все залегли и тут же увидели, как к ним бегут несколько десятков гитлеровцев. Минаков приказал рассредоточиться и занять оборону. Немцы приближались. Оставались десятки метров. Раздалась команда:
— Огонь!
Бойцы ударили из карабинов и автоматов. Немцы на минуту залегли, а затем с криком бросились вперед. И тут все заметили, как Гнилицкая совершенно спокойно и хладнокровно одного за другим щелкает фашистов. Вот ее выстрел — и фашист, сделав шаг вперед, замертво рухнул на мерзлую землю. Не отрываясь от прицела, уложила еще пятерых гитлеровцев. Вражеская атака была отбита. Разведчики благополучно возвратились в роту.
На следующий день разведрота совместно со стрелковым батальоном дивизии готовилась к наступлению. Гнилицкая пришла с жалобой к комиссару на то, что ее не хотят брать с собой. Когда комиссар пришел во взвод, где числилась Гнилицкая, его обступили бойцы и в один голос заявили:
— Нельзя ее пускать в бой. Мало ли что может быть! Да и вообще бой — это не женское дело, — доказывали они.
В разговор вмешалась Гнилицкая:
— Я советская девушка и драться с фашистами умею.
И здесь пришлось уступить ей. Комиссар только сказал:
— Вы уж очень настойчивы, товарищ Гнилицкая. А все же в бою будьте поосторожней.
Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!