Мир не является безопасным местом. Разве безопасно место, где твой ребенок может быть убит человеком, имени которого ты даже не узнаешь? Мать Сережи Василенко мало разговаривала с ним о вопросах безопасности, черт знает, почему - наверное, из-за беспечности, унаследованной ею от своей матери. Она считала, что все и так будет хорошо. Это привело к трагическому концу жизни, еще не прожитой, и мать Сережи испытала страшное горе, которое сломало ее, изуродовало ее личность и обрекло на жизнь в психбольнице.
В тот злополучный день Сережа во дворе ждал, когда выйдут друзья, засевшие у Толи в квартире за игрой в приставку Playstation. Сережа Василенко был не от мира сего, и слова ребят, чтобы он подождал во дворе, а потом они все вместе поиграют в баскетбол, были восприняты мальчиком как само собой разумеющееся. Стояла летняя жара, и Сережа изнывал.
- Привет, - услышал он над ухом приятный голос.
Сережа обернулся и увидел мужчину очень приятной внешности, в белой футболке и синих джинсовых шортах. Вид у него был интеллигентный, а улыбка - добродушная и располагающая.
- Чего грустишь, дружок? - спросил он.
- Ребята не выходят! Они играют в "Плейстейшн".
- И не пускают тебя к себе?
- Да. Мы поиграем в баскетбол, когда они выйдут.
- Эти твои ребята - большие негодники, - лицо мужчины приняло серьезное выражение. - Они обманули тебя. Они просто хотят поиграть в видеоигры без тебя.
Губы Сережи задрожали.
- Ты какие игры на "Плейстейшн" любишь? - спросил мужчина. - Да, меня зовут Витя. Извини, что не представился.
- Я Сережа. Я люблю "Крэша", "Метал Слаг", "Мортал Комбат"...
- Знаешь, я давно не играл в "Мортал Комбат" с другим человеком. Да и в "Метал Слаг" было бы хорошо. Можно мы с тобой поиграем? Это будет намного лучше, чем баскетбол с этими твоими "друзьями".
- Да, можно!
- Пошли со мной.
- А мама не будет ругаться?
- Я ей скажу, что мы играли в приставку. То есть ты играл в приставку с другом. Можно быть твоим другом?
- Да! Спасибо!
- Тебе спасибо, - и мужчина опять улыбнулся доброй, располагающей улыбкой.
Сережа пошел с Витей, и вскоре их уже не было видно во дворе. Двор был почти безлюден, только случайный прохожий зашел в магазин. Он увидел нашу парочку.
Сережа и Витя шли по дворам, пока не пришли к одноэтажному дому, обнесенному высоким забором.
- Как тебе мой дом? - спросил Витя.
- Супер... - только и произнес Сережа.
Они вошли. Дом был благоустроенный, отделанный недешевыми материалами, но везде царил беспорядок.
- Извини за беспорядок, Маша не убирает, а я не могу ее заставить. Такая капризная, - сказал Витя.
- Маша - это ваша дочка?
- Эй, ну мы же друзья. Разве друзья говорят друг другу "вы"? Маша - это моя жена.
- А-а-а. Извини.
- Ничего, - Витя улыбнулся согревающей улыбкой. - Заходи, я принесу с кухни мороженого.
Сережа вошел в дом. Внутри было недурно, а беспорядок мальчик воспринимал нормально - дома тоже не было порядка. В другой комнате было видно дорогое кресло и плакат с Волком и Зайцем из "Ну, погоди!". Сережа раскрыл рот, пошел в эту комнату...
но вдруг его шею стянуло что-то тонкое и тугое, оно давило все сильнее, и Сережа не понимал, в чем дело. Его тело ослабело, и он повалился на пол. Удар в затылок лишил его сознания. Над телом мальчика стоял Витя, и у него было лицо дьявола. Он расстегнул штаны...
Сережу так и не нашли. Его мать приложила все усилия, чтобы разыскать мальчика, но все было тщетно. Она не знала, что его кости были захоронены за домом Геннадия Васильевича Шилова, а все остальное съедено им же. Тот прохожий никому ничего не сказал, потому что у него был равнодушный характер. Постепенно до женщины стало доходить, что ее сын никогда не найдется.
В ее голове появился громкий голос Сережи, потом - другие голоса, как известных ей людей, так и неизвестных, потом - голоса ангелов и демонов... Она стала считать, что прилетела с Марса учить людей вселенскому языку, и в автобусах читала непонятные проповеди. Однажды к ней приехали санитары и милиция, скрутили ее и доставили в психиатрическую больницу, располагающуюся далеко за городом. Там она живет и сейчас, и обречена жить всю оставшуюся жизнь.