#киноблуд #воскреснаяклассика
Заводной круассан
Бенуа может поддержать светскую беседу. Знает где вкусно поесть и выпить, любит поговорить о женщинах, обществе и архитектуре. Еще он убийца и насильник. Для него убить человека — как моргнуть. Дети идут не так легко. Потому что у детей нет денег. Старики — идеальная жертва, потому что всегда с деньгами.
Как жить с такими моральными показателями, непонятно. Непонятно и как адекватно воспринимать происходящее — внутренний моралист хочет все выключить, но часть Бенуа сидит в каждом из нас, и приходится вместе со съемочной группой (один из режиссеров Реми Бельво — один из группы) ползать по особнякам, заброшкам и ресторанам где часть времени герой разглагольствует на разные темы, в остальное время — убивает. Убивает со смаком и юморком. Много монологов, на них держится фильм. Мотив денег как убийства видится единственным и адекватным. Убийство — страшное дело, антигуманное и вообще грех. Казалось бы, должен быть выстроен хлипкий мост, на котором Бенуа может теоретически тебя встретить и сказать: мотивы могут быть разные, но если в край прижмут к стенке, то ради денег уж точно попытаешься убить. Как Раскольникова не принимали в тюрьме за «идейное» убийство, но приняли Сонечку Мармеладову за блуд, потому то идейно убить — это не по нашему, а убить чтобы прокормиться или пойти ради этого на панель — уже деяние ради чего-то. Тем не менее, мостик чисто номинальный. Почему?
Потому что применительно к французо-бельгийскому происхождению фильма выразимся так: это антибуржуазный сатирический памфлет в стиле «снафф». Убийства, происходящие на экране с завидной регулярностью не оправдываются, а объясняются с вершин вывернутой наизнанку ямы морального дна. Вкратце — «убиваю просто так и ничего мне за это не будет». Это тонна социального перца на быт и жизнь французских социальных районов и наглой напыщенности буржуа с Елисейских полей - мол, смотрите! Разницы между ними и персонажем внешне никакой — в чем мой мотив? Герой берет на себя роль вершителя чужих судеб. Но почему он? У Бенуа все есть, он обеспечен, он не Раскольников. У него есть родители, есть работа в семейном магазине, есть женщины.
Зрителю предстоит самому найти меру социопатии главного героя, впрочем, обойтись можно и без этого. Для менее впечатлительных открывается возможность окунуться в мир циничного насилия. Это словно репортаж «по горячим» следам с полей НТВ, выпущенный на канале «Культура» — вот такой вот макабр. При всех социальных референсах, свойственных французскому кино это еще и демонтаж-трепанация жанра «снафф». То, что съемочная группа тоже является участником фильма и закономерный, в общем-то, финал — это по сути деконструкция конкретно этого «снафф-муви». Фильм словно ест сам себя, но разжевывает мясо именно зритель.
Автор – Станислав Шинтяпин
Подписывайтесь на лучший канал про кино и сериалы – Киноблуд — в ВК и Telegram.
Больше рубрики #воскреснаяклассика: