Автор: Ксения Петрова (Переулок)
Утро выдалось туманным. Спящие дома и улицы казались лиловыми от розоватой сырости. Старший инспектор Вверке, нахмурившись, смотрел в окно кабинета. Он надеялся, что розовый восход не означает ещё одну жертву.
Дверь в кабинет распахнулась, вошёл Тиичи. Он бодро прошагал до стола инспектора и бросил на него большой сложенный зонт. Несколько капель с сырого зонта попали инспектору в кофе, а на бумагах под ним стало разрастаться пятно.
— Тиичи! Сколько раз я говорил — не бросать это на мой стол!
Инспектора выводили из себя привычки младшего помощника. Для зонтов в углу комнаты был выделен низкий столик, накрытый брезентом. Тиичи только фыркнул в ответ и, подхватив зонт за длинную ручку, швырнул его в угол. Большой, словно вздувшийся, зонт упал на брезент.
— Попал! — Тиичи радостно вскинул руку вверх.
Инспектор с ненавистью посмотрел на свой стол в тёмно-бурых разводах и перевёл взгляд на коллегу.
— Если тебе так весело, может, вскроешь зонт?
— Э-э-э, нет, — Тиичи скинул с плеч пиджак и повесил его на спинку стула. Он сидел за столом рядом с дверью, подальше и от инспектора, и от стола с брезентом. — Этим занимается старина Тодд.
Инспектор вздохнул. Тиичи был одним из самых невозмутимых. Заполучить такого сотрудника в отдел было настоящим чудом, но приходилось мириться с его безалаберностью. Пока Тиичи насвистывал что-то, инспектор убрал со стола подмокшие бумаги и отхлебнул кофе. Тот на вкус оказался мерзким. Ему не хватало то ли соли, то ли перца, ещё и Тиичи расплескал кровь с зонта. Он собирался припомнить этот момент, но тут в кабинет вошёл Тодд. И так бледный, с вытянутым скорбным лицом, он побледнел ещё больше, когда увидел на столе сложенный зонт.
— Тодд, доброе утро, — инспектор понимал, что его приветствие звучит как издёвка. В конце концов, все прекрасно знали, в чём заключается работа Тодда.
Тиичи смотрел на него виновато. Вскрывать зонт ему, как невозмутимому, было бы проще, но в этом деле специалистом он точно не являлся.
Тодд вздохнул, прошёл к шкафу, стоящему рядом с накрытым брезентом столом, и достал оттуда резиновый фартук и тонкие перчатки. Инспектор и Тиичи тоже подошли к столу и остановились за его спиной. Тодд умело подхватил зонт двумя руками, схватил за концы плотно сомкнутые спицы и раскрыл его.
Зонт хлюпнул и вывернулся наизнанку, выплюнув из себя человеческую голову. Тодд с безразличием схватил голову за волосы и показал инспектору и Тиичи. Инспектор нагнулся осмотреть лицо. Рядом непривычно тихо стоял Тиичи.
— Его ещё не объявляли в розыск? — инспектор разглядывал голову.
— Нет, — отозвался Тодд, — по-видимому, старик жил один. Скорее всего, зонт просто сомкнулся вокруг головы, когда он вчера возвращался домой.
Инспектор хмыкнул в ответ, оглядывая зонт. С его внутренней стороны капала тёмная влага, спицы сами по себе медленно смыкались. В отличие от консервов, в прошлом году зонты живыми не были, даром, что один в один походили на плотоядные цветы. Скорее всего, их не проверили на безопасность, и вот, пожалуйста. Теперь зонтики пожирали головы независимо от производителя: гадость была заразной.
— Я дам новое оповещение по городу, — сказал инспектор. — И нам нужно будет опознать.
— Это мистер Шебб, — сказал вдруг Тиичи.
Инспектор и Тодд повернулись к нему, и он повторил, не глядя на них:
— Это мистер Шебб. Он делает зонтики на заказ. Вручную. Натягивает ткань на спицы, полирует ручки...
С Тиичи творилось что-то странное. Его трясло. Инспектор никогда не видел, чтобы невозмутимые так пугались, так сильно переживали. У них был дар, чёрт побери, чтобы работать, чтобы выживать в этом мире! В мире, где тебя в любой момент может сжевать турникет в метро, где песок на детской площадке может в любой момент обратиться в раскаленную золу.
— Тиичи?
— Это мой дядя, — после паузы сказал Тиичи, переведя взгляд на инспектора. В его глазах было столько скорби, что это испугало инспектора больше всех зонтов и консервов вместе взятых. — Мы не общались последнее время. Он говорил, что я... — Тиичи запнулся, — …неправильный. Он делал зонтики на заказ, но клянусь, он не виноват в том, что происходит!
— Тиичи, — инспектор поднял руки в успокаивающем жесте, — никто ни в чём его не обвиняет.
— Я должен был защитить его, — Тиичи словно не слышал инспектора, — я должен был применить свои силы… Я так хотел, чтобы он гордился мной!
Инспектор переглянулся с Тоддом. Он слышал истории про невозмутимых, теряющих дар, но никогда не думал, что увидит подобное воочию.
— Это его зонт, — Тиичи словно в полусне протянул руку к зонту и аккуратно провёл пальцами по ручке. — Видите? «М-р Шебб». Его убил собственный зонт.
Тиичи сел на пол, глядя перед собой полными ужаса, остекленевшими глазами.
— Я вызову команду безопасности и медиков, — инспектор направился к выходу. Тодд кивнул и опустился на пол перед Тиичи.
— Тиичи, — сказал он строго. — Тиичи, послушай меня!
Тиичи перевёл на него затуманенный и бестолковый взгляд. Из его глаз катились слёзы.
Тодд сказал:
— Тиичи, я тоже невозмутимый. Просто по мне незаметно. Помнишь тот случай с консервным заводом в прошлом году? Там была моя сестра, Тиичи. Когда я её потерял, то подумал, что потеряю и то, что у нас с тобой есть. Невозмутимость. Что буду как все: пить лекарства, плакать перед сном, бояться каждого щупальца в каждом углу… А потом это прошло, Тиичи. Ты невозмутимый, и ты сильный, и твой дядя гордился бы тобой, я уверен в этом.
Тиичи кивнул в ответ, прижал руки к лицу и разрыдался.
Через пару минут в кабинет вошли врачи и сотрудники службы безопасности — забрать голову. Тодд ушёл вместе с Тиичи и медиками. Инспектор осматривал зонт, хмурясь и прикидывая, как скоро они смогут остановить заражение и как скоро оно перекинется на другие предметы. Он задумался о судьбе мистера Шебба и не заметил, как от его ботинка с тихим щелчком отошла подошва.
На её внутренней стороне белели ряды мелких острых зубов.
Хотите читать рассказы Ксюши? Вступайте в паблик: Дети кукурузы
