Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Я видел крушение самолёта.

Это случилось в прошлом месяце. Я рассказал о случившемся своему близкому другу, а также сделал анонимный звонок в местную телекомпанию, но это ни к чему не привело...Я боюсь за свою жизнь и, несмотря на протесты моего друга, чувствую, что американские налогоплательщики должны знать, на что идут их налоги. Я живу в южной части Нью-Мексико, люблю пустыню и горы, и считаю, что мне повезло иметь здесь большой участок земли, который тянется до самых скалистых вершин. У меня лёгкая форма бессонницы и люблю гулять в предгорьях по ночам. Моя жена это ненавидит, но это для меня стало чем-то вроде ритуала. Моё любимое место находится на небольшом плато, расположенном между двумя небольшими горными вершинами, которые блокируют свет из Эль Пасо и поэтому по ночам небо выглядит просто восхитительно. Я даже притащил сюда небольшую скамейку. Было воскресенье и я, как ни старался, снова не мог заснуть. Сразу после полуночи я натянул какую-то одежду, взял фонарик, пистолет, фляжку с бурбоном и выпусти

Это случилось в прошлом месяце. Я рассказал о случившемся своему близкому другу, а также сделал анонимный звонок в местную телекомпанию, но это ни к чему не привело...Я боюсь за свою жизнь и, несмотря на протесты моего друга, чувствую, что американские налогоплательщики должны знать, на что идут их налоги.

Я живу в южной части Нью-Мексико, люблю пустыню и горы, и считаю, что мне повезло иметь здесь большой участок земли, который тянется до самых скалистых вершин.

У меня лёгкая форма бессонницы и люблю гулять в предгорьях по ночам. Моя жена это ненавидит, но это для меня стало чем-то вроде ритуала. Моё любимое место находится на небольшом плато, расположенном между двумя небольшими горными вершинами, которые блокируют свет из Эль Пасо и поэтому по ночам небо выглядит просто восхитительно. Я даже притащил сюда небольшую скамейку.

Было воскресенье и я, как ни старался, снова не мог заснуть. Сразу после полуночи я натянул какую-то одежду, взял фонарик, пистолет, фляжку с бурбоном и выпустил собак. Они всегда ходят со мной.

Дорога туда занимает примерно 20 минут, была красивая ночь. Серебристая луна висела в небе и светила достаточно сильно лишь для того, чтобы можно было разглядеть дорогу. Мы пришли туда и собаки начали бегать вокруг, как обычно, а я тем временем сделал несколько хороших глотков. Оставалось ещё полфляжки, когда я услышал вой реактивного двигателя.

Не так уж это и необычно, учитывая близость аэропорта Эль Пасо и большое количество военных баз в округе. На мгновение я уловил очертания самолёта, корпус которого отражал тусклый свет. На нём не было было никаких сигнальных огней.

Странно, конечно, но мой мозг быстро подобрал несколько объяснений. ЦРУ перевозит наркотики из Мексики? Или везёт туда оружие? Кто знает. Наплевать.

Я отвернулся, но мои собаки заскулили и бросились к моим ногам. Ослепляющая вспышка света пронеслась по небу, сопровождаемая сильным гулом и взрывом. Оглянувшись назад, я увидел как свет исчезает, очень похоже на то, как это бывает после столкновения. Собаки по-прежнему были вне себя,а я пытался понять, какого хрена происходит. И тут я увидел самолёт. Он становился всё больше и больше, двигаясь в мою сторону.

Я опешил и застыл на месте, а спустя мгновение увидел, как появившийся огненный шар, катится прямо на меня. Быстро схватив своих собак, я начал бегом спускаться с плато, на котором мы находились. Мы успели нырнуть в небольшой овраг, хотя я изрезал все ноги колючками кактусов и острыми камнями. Едва мы добрались до дна оврага как земля ушла из-под ног и я потерял равновесие. Оглушительный грохот и пыль накрыли меня в следующую секунду.

Закашлявшись, я протёр глаза и постарался встать на ватные ноги. В ушах звенело, дышать не получалось. Собаки подбежали ко мне и едва не сбили с ног. У меня овчарка и хаски. Я наклонился к ним, чтобы обнять, они облизали меня и сделали то, что у собак получается лучше всего - успокоили. Скоро я смог мыслить достаточно ясно.

В суматохе я потерял фонарик и поэтому освещал свой путь встроенным фонариком мобильного телефона. Так, собаки были в порядке. Наверху, на плато, танцевали языки пламени. Набравшись смелости, я решил подняться туда.

Я добрался до края плато и мне сразу вспомнился теракт 11 сентября. Не из-за самолёта, а из-за пыли. Её было очень много, она летала в тусклом свете моего телефона. Самолёт свалился на дальней стороне плато и скользил в сторону оврага. Он был гораздо меньше, чем Боинг 747, но и значительно больше частных самолётов.

Мои собаки остановились, жалобно скуля. Они не хотели идти дальше. Я попытался их успокоить и пошёл. Ох, как же они лаяли, умоляя меня не делать этого. Но я продолжал пробираться сквозь обломки и небольшие островки пламени. Запахло топливом и горелым пластиком. Я начал звать : ”Эй, кто-нибудь слышит меня?”

Луч фонарика выхватил из темноты голубую ткань. Сидения и очертания тел. Я бросился вперёд. Запах горящего пластика стал гораздо сильнее и я с облегчением обнаружил, что в сиденьях сидят манекены. Их лица расплавились и превратились в плоские бесформенные шарики. Всё это выглядело жутковато и мне в голову пришла мысль, что я стал невольным свидетелем какого-то военного теста. Я решил возвращаться назад.

И вдруг услышал стон.

Я притворился, что ничего не было. Но он раздался опять. Я успокаивал себя тем, что это ветер. Но нет, отчаянный стон раздавался из глубины салона. Я развернулся и подал голос: “Кто здесь, вы меня слышите?”

Наконец, я увидел его. Ряд сидений ближе к носу самолёта. Молодой парень лет двадцати, с бритой головой и в одежде больничного пациента. У него были порезы на лице, а лодыжка, наверное, была сломанной. Но ещё он почему-то был прикован к креслу цепями.

Моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я увидел эти цепи. Я попытался вытащить его, но ничего не получалось. Его глаза широко открылись и я отскочил назад. Он смотрел на меня, открыв рот и пытаясь что-то сказать, но вместо слов выходила какая-то жидкость. Парню было больно и он опустил взгляд на живот.

Я пробормотал что-то по поводу того, что помощь уже близко, а потом увидел как кровь проступает на его одежде. Я разорвал её и увидел симметричные проколы по всему животу. Тут слёзы покатились по его лицу и он задрожал.

Я произнёс “Держись, парень” и прижал ладони к его животу. Дальше произошло то, чего я, наверное, никогда не смогу забыть.

Его внутренности вывалились. Мы оба в ужасе наблюдали как они просто вытекли прямо на меня. Не кишечник и другие органы, нет. Это была просто густая горячая жидкость. Она обожгла мне руки. Я завопил и в панике отполз назад, вытирая руки о футболку. Взглянув на него, я увидел как он издал последний вздох.

Я снова заорал. Оглянувшись, я обнаружил ещё много таких же людей. Все молодые, с бритыми головами, в одинаковой одежде и прикованные к сиденьям. Человек десять или двенадцать. У кого-то внутренности точно также выпали через живот, кто-то, наклонившись, извергал их через рот. Как будто их сварили изнутри.

Я побежал, потеряв голову от ужаса, у меня не получалось найти выход. К счастью я услышал лай собак и это помогло мне выбраться. По пути к дому я слышал звук приближающихся вертолётов и это придало мне сил. Попав, наконец, домой я запер дверь и стоял в прихожей, полностью потерянный...

Жена проснулась, вышла из спальни и вскрикнула, увидев меня в таком виде. Её крик вернул меня в реальность. Сладкий зловонный запах от собственной одежды ударил мне в нос и в следующую секунду меня стошнило.

Рыдая, в истерике я рассказал ей обо всём, что видел. Не думаю, что она поверила мне. До тех пор пока на следующее утро на пороге нашего дома не появился капитан военно воздушных сил. Он объяснил, что в горах разбился дрон и что несколько дней военные будут там работать, очищая территорию. Поблагодарив нас за понимание, он удалился.

Каждую ночь в своих снах я теперь вижу лицо того бедного парня из самолёта. Я думаю, за мной следят на работе, также я вижу что в доме вещи стоят не на своих местах, а некоторые и вовсе исчезли. Скорее всего они прослушивают мои звонки и, наверное, знают, что я звонил на телевидение. Если они сварили тех людей живьём, то им точно ничего не стоит избавиться от меня.

Я отправил жену и сына к родственникам три дня назад. Боюсь, что мне никогда больше не удастся их увидеть. Датчики движения, установленные в доме, то и дело срабатывают по ночам, а собаки сходят с ума.

У меня дома много оружия, оно исправно и готово к бою.

Что бы ни случилось, я просто хотел поделиться этим с вами.

Что-то не так в штате Нью-Мек