"Мы тогда жили в Ленинградской области. Немцы наступали быстро. Эвакуировались, в основном, те, кто работал в госучреждениях, остальные остались на оккупированной территории. Помню, когда пришли немцы, нас выгнали из дома, как скотину, а в нашем доме поселился немецкий офицер. Жить пришлось в маленькой бане, а семья-то у нас была большая. Был страшный голод, работы не было, поэтому выживали, как могли. Хорошо еще свой огород был, без него бы пропали. Хорошо, что моей бабушке удалось сохранить корову, которая жила вместе с нами, в предбаннике. Если бы не корова, то, наверное, все бы сгинули. А на чердаке той же бани еще и кур держали.
Поначалу мы жили более-менее спокойно, немцы нас не трогали. Был один такой немец мерзкий, который то и дело заглядывал к нам в баню и смеялся, что ели мы очень плохо, все что под руку попадалось мало-мальски съестное. Да и то, спокойно было только потому, что в нашей деревне как бы лагерь был, где немцы отдыхали.
В конце 1942 года пошли разговоры, что где-то есть партизаны. Тогда-то и появились те знаменитые карательные отряды, среди которых были и свои, особенно эстонцы. Если такой отряд приходил в деревню, то все дрожали от страха, потому что знали: сейчас кого-нибудь схватят, уведут и тот уже никогда не вернется, таких случаев было несколько. Так вот и мою маму с дедом арестовали, сказали: "Учительница, значит, коммунистка". Спасибо местным друзьям-эстонцам, которых тут жило немало, что замолвили словечко, да и отпустили мать с отцом, но на всякий случай они убежали в лес, где жили в землянке. Мы с бабушкой и другими родственниками остались в бане жить.
Один раз собственными глазами видела, как в деревню привели женщину, она тащила сани, в которых сидели двое детей. Всех троих безжалостно расстреляли на глазах у деревни.
Когда немцы стали отступать, то сожгли всю нашу деревню. Поджигали факелами, ходили от одного дома к другому. Большинство домов сгорело, в том числе и наш. Потом пришли советские солдаты. На них было страшно смотреть: голодные, холодные, не то что немцы в начале войны – откормленные хряки.
Надеюсь, что войны больше никогда не будет".