Слабый пол! Может постоять за себя и за Страну!

Девушки...

Как много известно о их нравах и возможностях?

Природа заняла за ними место нежных,добрых,порой стервозных особ.

Их можно встретить везде, и каждый раз они дополняют: Дом, улицу,семью,отдых.

Порой и представить нелепо , то как очаровательная фея может разбить не только сердце,

но и при желание забрать чью-либо жизнь.

Речь пойдет не о стройных ножках на каблуках,а о стройных ножках в кирзовых сапогах!

Анастасия

ЕФРЕЙТОР ВВС РОССИИ,
22 ГОДА

Какие трудности были на первом этапе Воинской службы?

Сначала семья отреагировала спокойно, но, как выяснилось позже, на самом деле мне просто никто не поверил. Потом, когда поняли, что я по-настоящему собираюсь идти в армию, они начали переживать и пытались отговорить.

Говорили: «Ты что, с ума сошла? Ты же всё-таки девочка».

Но я сказала, что уйти всегда можно, контракт я подписала на три года — три года-то я выдержу (контракт обязателен для женщин, вступивших в армию, — иначе не записаться). А попробовать очень хотелось.

Друзьям я сначала не говорила, узнали лишь через полгода, когда я впервые пропала и выложила в соц сетях свою фотографию в форме — шуточное селфи, которое я сделала в казарменном туалете на розовый телефон. Друзья были в шоке, тоже не верили — приходилось военный билет показывать.

Поначалу было очень сложно.

Был страх «а вдруг я не смогу?».

По прибытии в часть меня отправили на месяц в поля. Вот там я как раз и ощутила все «прелести» армии.

Сняла туфли и надела тяжёлые берцы. Месяц напряжённого курса тянулся, наверное, целую вечность. Условий особых у нас не было — мылись в речке, готовили на костре, постоянные физические нагрузки, подъём в 6 утра, построение в 6–10, бегаем определённое количество километров, занимаемся спортом, потом завтрак. Потом начинались занятия: мы изучали военные науки. После обеда до ужина у нас снова были физические упражнения. Так и проходил весь день. Поначалу очень хотелось сбежать домой. Но я подумала: «Что я, слабачка? Почему кто-то может, а я не могу?»

У меня был стимул остаться, чтобы доказать, что я могу.

В нашей роте было 94 человека, из них где-то 30 женщин. Жили все вместе, так что условия для всех были одинаковые. Мужчины смеялись сначала над женщинами, а потом начали с нами общаться и помогать. Мне в шутку сначала говорили: «Ты такая девочка маленькая, что ты вообще тут забыла?» Я была там самая младшая. Я и сейчас в своей части самая младшая. Мужчины в армии будут относиться к девушке так, как она себя поставит с самого начала. У меня очень хорошие отношения в коллективе, и домогательств со стороны солдат из моей части никогда не было.

Как вы попали в ВВС?

Первоначально я призывалась в ВДВ, но там был какой-то странный коллектив, и у меня не получилось. После этого я попала в ВВС.

Недавно меня повысили до звания ефрейтора. Я начальник смены телеграфного взвода — у меня в подчинении несколько солдат и контрактники-военнослужащие.

Скоро я перейду в другую часть в составе Военно-космических сил с дальнейшим повышением — я подписала новый контракт на пять лет. Кстати, до армии я не знала, как работает телеграф: меня всему научили тут. Оказалось, это совсем не просто.

Что можете сказать о финансовой и социальной стороне медали ?

Соц пакет у женщин и у мужчин одинаковый: страховка, бесплатная медицина, бесплатное питание во время дежурств и предоставление жилья — мне, правда, пока ещё не предоставили. Зарплата зависит от должности, звания и надбавок.

Сержантский состав получает от 23 до 35 тысяч.

Прапорщики — от 35 до 50 тысяч.

Подсчитать так сложно, потому что проценты идут за выслугу лет, секретность и так далее.

Расскажите нашим читателям.

Как важно поддерживать физическую форму ,сложно ли это?

Физическая подготовка в армии очень важна, потому что даже при поступлении на военную службу уже нужно сдавать нормативы.

Я потянула, потом, естественно, начала заниматься и повышать результаты. Вообще я очень худая: сейчас вешу 46 кг.

Сперва я начала терять вес, а потом укрепилась — у нас бег на скорость, отжимания. По нормативам до высшего уровня даже дотягиваю.

Стрелять до армии я не умела: на сборах мы сначала прошли теоретический курс, а потом уже и научились на практике.

И в завершении этого приятного диалога.

Какой у вас распорядок дня,недели,года?

У мня суточные дежурства — я могу жить и на базе, и дома.

Когда у нас бывают постоянные тревоги, нас там закрывают и не выпускают. Но так я вообще живу дома. Сказать о каких-то конкретных переменах в жизни я не могу.

Наверное, я больше начала ценить время. Если раньше я после работы вечером бежала в какой-нибудь клуб с подругами, то теперь своё свободное время стараюсь проводить с семьёй, потому что его у меня на самом деле очень мало — друзей я не вижу месяцами.

Иногда меня посещают мысли, зачем я вообще во всё в это втянулась.

Но в то же время я не представляю себя на другом месте, например в каком-нибудь офисе. Самое сложное для меня в армии — это подшить подворотничок, до сих пор криво делаю. Если нужно будет ехать в зону боевых действий — поеду. Страшно, конечно, но такую профессию я сама себе выбрала.

Мария.

РЯДОВОЙ АРМИИ ИЗРАИЛЯ, 19 ЛЕТ

Как ты решилась на этот шаг?

После школы я решила поступать в англоязычный институт и даже прошла в New York Film Academy на режиссуру, но денег на учёбу не было.

Тогда я решила уехать учиться в Израиль, чьё гражданство у меня есть с детства, но для начала пойти служить в армию и выучить язык.

Это главный способ социализироваться для приезжих в моём возрасте, к тому же после службы мне положено бесплатное образование в любом вузе.

Так что после приезда я сразу пошла на призывной пункт и сказала: хочу служить! На меня очень странно посмотрели, но сделали все проверки и пообещали известить, когда будет призыв.

Письмо действительно пришло.

Какие условия службы?

Основной возраст девушек в армии — 18–21 год.

Если очень хочешь служить, то могут взять и до 23 лет, но, скорее всего, сократят срок на год или на полгода.

Мужчин берут с 18 до 28 (хотя призывной возраст до 24 лет).

Сейчас мне 19, в армии я буду два года. Первый триместр посвящён базовой подготовке, после чего каждый солдат получает свою специальность и все разъезжаются по разным дислокациям. По сути, это просто гражданская служба. Некоторые даже планируют остаться в армии на всю жизнь: у военнослужащих в Израиле очень хорошая зарплата.

Как ты относишься к оружию?

С оружием мы ходим всегда — оно уже стало вместо моего молодого человека.

Оно со мной и в туалете, и в душе, а когда я ложусь спать, я кладу его под матрас — его нигде нельзя просто так оставить.

В душе его надо вешать рядом с кабинкой, так, чтобы всегда его видеть. Помылась, надела пижаму, сверху оружие — всё, можно идти.

Но я не могу себе представить, чтобы я в кого-то стреляла.

Нам говорят: если к вам побежит террорист, сразу стреляйте. Я не знаю, что бы я делала. Нам нельзя говорить название оружия, но оно довольно старое — участвовало ещё в войне во Вьетнаме, так что, скорее всего, из него стреляли во время военных действий. Я к нему уже привыкла — выбора всё равно нет.

Вообще, оружие, конечно, тут все не любят.

Оно очень тяжёлое и огромное, спину просто перекашивает, а ты всё время с ним: и ходишь, и стоишь, и когда ешь — тоже с ним сидишь за столом.

Как устав и распорядок дня влияют на жизнь?

Сложнее всего оказался график.

Мы встаём в четыре утра, а в пять или даже в полпятого у нас построение. Построились, пошли убираться, убрали комнату, в 6:30 завтрак.

После этого — занятия: или строевая подготовка, или иврит. И целый день ходим по разным классам, десятиминутный перерыв бывает только после еды и между уроками.

Отбой в девять вечера.

И когда встаёшь в четыре утра и до девяти вечера чем-то занят, такое ощущение, что за один день четыре проходит. Некоторые девушки часто плачут и падают в обморок, но русские все крепкие, держатся. Обмороки чаще всего из-за солнца, если нас слишком долго продержат на жаре.

Времени на то, чтобы сделать что-то только для себя — помыться, поговорить с кем-то, — очень мало, только час вечером.

Выходные у нас — пятница и суббота. В пятницу встаём в три ночи, в четыре построение, в 5:30 уже отпускают, примерно в 9 утра я дома. В воскресенье возвращаюсь на базу.

Жизнь в системе терпеть можно, заодно очень сильно начинаешь ценить время.

Понимаешь, сколько всего можно сделать за день. Днём нам запрещено пользоваться телефонами, поэтому ты постоянно в реальной жизни, а не в соцсетях. Я умею подстраиваться и понимаю, что это не навсегда и что тут ещё всё очень по-человечески. Но иногда думаешь, что всё это какое-то сумасшествие — например, когда стоишь в ночную смену и охраняешь склад с оружием, которое люди изобрели, чтобы убивать друг друга. И весь мир на это работает.

В завершение хочется обратиться ко всем защитникам своей Страны

Война не решение проблемы!

Войны-есть проблема!

Всем мира!