Июль 1988 года. Вечер. Жара. Я фельдшер скорой помощи. Вызов на улицу Куусинена. Мужчина 60 лет, плохо с сердцем.
Садимся в машину, кроме меня еще врач. Выезжаем сразу, не тянем. Плохая улица, плохой вызов, плохой возраст, внутри у всех неспокойно. По дороге — ехать минут десять — вертим в голове, что может быть. Скорее всего, ничего хорошего. Мужики обычно терпят до последнего, не жалуются, вызывают, когда совсем невмоготу. Ведомственные дома, все может быть. Бригада "03" готова: чуйка — врач сразу берет аппарат ЭКГ.
Дом, подъезд. Выходим, у меня тяжелый медицинский ящик, чуть колотит. Поднимаемся, слышим щелчок замка, за дверью глаза испуганной женщины, взгляд в комнату, бледный мужчина, потный, сидит в кресле. У нас минуты две на диагноз, потом срочно что-то предпринимать. Давление 90/40. Пульс нитевидный, частый. Переглядываемся. Все видно и так. ЭКГ показывает обширный инфаркт задней стенки.
Быстро на пол. Я за носилками. Промедол внутривенно для обезболивания. Вниз. Едем в 67-ю