Каждое лето в детстве я проводил в Майкопе, куда меня ссылали на радость сразу двух бабушек. Сама ссылка, надо сказать, проходила на довольно комфортных условиях — бабушки конкурировали за любимого внука и я помимо полной бесконтрольности получал сытный двойной рацион.
Основным развлечением в нашей компании мелких социально–опасных подростков, большая часть которой также приезжала только на лето, была, как это ни странно, рыбалка. Точнее, рыбалка была просто отличным поводом слинять с утра на весь день из дома и слоняться по пригородам в поисках на жопу приключений, которые мы исправно находили.
Рыбачили (когда реально рыбачили) мы, в основном, на реке Белая, которая, кто не знает, местами представляет собой довольно бурную и злую горную речку. В черте города на реке стоит плотина, ниже которой обмелевшая река разливается на кучу рукавов с, местами, сильным течением. Большая же часть русла, понятно, представляет собой островки и каменистые косы. Вот, собственно, на них и на отмелях мы и рыбачили.
И вот как–то раз, когда мне и моим соучастникам было лет по 12, бродили мы по руслу ниже плотины, постепенно от неё отдаляясь. Надо сказать, что дальше от плотины русло постепенно опять сужается, протоки становятся глубже и быстрее, а островков становится меньше. И вот в каком–то таком месте решили мы перебраться на остров прям посередине русла. Один из почётных членов нашей компании, знатный малолетний рыбак из Мурманска, решил что там на стыке двух течений ниже острова может стоять рыба.
Цель определена, мозгов нет — стали перебираться.
Получилось далеко не сразу — в этом месте для нас мелких и лёгких было уже слишком глубоко и течение сбивало с ног. Но инженерная мысль работала — мы отправили вперёд самого тяжёлого с самым мелким на плечах, которые перебравшись, протягивали нам уже с острова бамбуковое удилище, помогая перебраться. Задача состояла в том, что бы зайти настолько глубоко, насколько позволяло течение, прыгнуть, ухватиться за удочку и, не сломав её, дать себя прибить по полу–окружности к нужному берегу.
Надо сказать, что сразу за островом река поворачивала и дальше уже текла в едином русле, поэтому если бы кто–то из нас не уцепился, то понесло бы уже по–взрослому. Но мы тогда особо себе этим голову не забивали. Что там, подумаешь, река, камни, пороги. Тонуть никто не собирался.
Короче, промучавшись почти час, хоть и не с первого раза, но перебрались все. Причём, измотались настолько, что мысль об обратной дороге тем же способом вызывала лёгкую тревогу. Решили порыбачить с часок, передохнуть и попробовать найти брод выше по течению.
И только мы, стало быть, начали рыбачить, раздался звук, от которого у меня первый раз в жизни зашевелились сразу все волосы на теле — завыла сирена сброса воды на плотине. Что это означало для нашего маленького отряда объяснять, думаю, никому особо не надо.
Ни разу в жизни с тех пор я не испытывал даже близко такой чистой паники, как тогда.
Не буду описывать как мы метались по островку, орали друг на друга и пытались придумать быстрый способ переправиться обратно (что довольно сложно, учитывая с каким трудом мы туда попали). Короче, опуская детали нашего чудесного спасения — в тот раз все остались живы.
Как выяснилось, всё это время с той стороны реки за нашими перемещениями с интересом наблюдали местные парни лет двадцати, которые при звуках сирены довольно вальяжно перебрались на остров, провели нас по броду (которого мы сами бы никогда не нашли) на наш берег, влепили пару подзатыльников и в той же манере удалились обратно щелкать семечки и любоваться видами природы.
Надо ли говорить, что в русле под плотиной мы в то лето больше не рыбачили.
Да и вообще, переключились на другие формы досуга, которые не ассоциировались у нас с непосредственной угрозой жизни (кстати, тоже ошибочно, как я сейчас понимаю).
Подпишитесь на наш канал ✔️, поставьте лайк! Это важно! ❤️ Впереди много интересных историй!