«А квартиру и дачу мы решили оставить Машеньке!» – Ирина свекровь посмотрела на всех торжествующим взглядом. «Пусть вспоминает бабку с дедом добрым словом». За столом, где собралась родня Андреевых повисла тишина. Свекор прятал глаза.
Маша трехлетняя племянница Ирининого мужа, дочь его сестры Натальи. С сегодняшнего дня, как выяснилось, эта девочка – единственная наследница всего, что было нажито старшим поколением.
На мужа Ирины гости старались не смотреть. Уж кто-кто, но близкие знали, что именно Антон возился с престарелыми родителями, делал ремонт в этой квартире, возил их на дачу и договаривался о дорогостоящем лечении. В любом случае, такого публичного унижения он не заслужил. Его только что, прилюдно лишили наследства.
Единственной виной сына была женитьба на Ире. Родители прочили в невестки другую: бывшую одноклассницу, соседку, дочь начальника большого производственного комплекса. Но Антон женился на Ирине и они счастливо воспитывали уже двух детей. Наталья же была подругой той самой несбывшейся невесты - одноклассницы. И все они строили планы на счастливое совместное будущее. А тут Ирина.
За прошедшие восемь лет свекровь так и не смирилась. И теперь вот устроила эту вивисекцию. Муж долго переживал. Однако, продолжал ездить к родителям, доставал лекарства, менял электропроводку, а когда свекор остался один, семья Антона один из выходных проводила с ним. В душе Ирина негодовала. Меняя проводку в уже Сашиной квартире, муж серьезно пострадал.
Один из двух выходных было до слез жалко – женщине хотелось сходить куда-то семьей, но приходилось убирать еще одну квартиру, готовить на неделю, стирать, обихаживать и выслушивать бесконечные жалобы совершенно чужого ей человека. Наталья с семьей к тому времени перебрались в Москву и приехали в родной город всего однажды, спустя два года, – на похороны отца, которыми, конечно, занимался Антон. Быстро распродав все, она упорхнула обратно. Не оставив брату ни единой вещи на память о родителях.
За мужа было обидно. «Бог накажет» - стиснув зубы, думала Ирина. И оказалась права. Под новый год загулял и ушел из семьи муж Наташи. Свежекупленную квартиру золовка оформила на уже подросшую Марию. Иначе опека согласие на сделку не давала – в свекровином доме ребенку принадлежали десятки квадратных метров.
Наталья жила в квартире, принадлежащей дочери, получала алименты, не работала и пыталась устроить личную жизнь на этой же территории. Любовники требовали сил и внимания и дети как-то сами собой отошли на второй план. Младшая сидела целый день в продленке, а старшая не выпускала из рук мобильный телефон.
В 16 лет Маша первый раз напилась до невменяемого состояния. Потом это стало повторяться все чаще. Начались проблемы в школе, появились сомнительные друзья, был привод в милицию. Мамин эгоизм передался и ей, поэтому нравоучения никакой роли не играли. А, когда мать взялась за ремень, Мария легко дала отпор.
Через неделю после Сашиного совершеннолетия, поздно вечером в дверь Ирины позвонили. На пороге хозяйка увидела Наташу с младшей дочерью. Сестра мужа рыдала. «Она нас выгнала» – рассказывала она ночью на кухне, уложив младшую в детской. «Пришла с каким-то мужиком и сказала, что квартиру продала, сама уезжает за границу работать официанткой»…
Ирина слушала молча. Она понимала, что жизнь Натальи рухнула. Золовка осталась без жилья, работы, без старшей дочери и каких-либо перспектив. А ведь у нее были такие возможности! Если бы её жадность, не эгоизм и глупость. Ира смотрела на Наталью и чувствовала только неприязнь к этой заплаканной женщине. «Машу жаль» - вдруг подумалось ей. Не принесла девчонке счастья свекровино наследство.