Вы попали в блог модельного агента Елены Акукве, на этой неделе я рассказывала как чувствуют себя женщины в живущие в браке с африканцем. Сегодня я публикую продолжение истории.
Расизм
Моя бабушка так и не смогла смириться с тем, что я решила связать судьбу с африканцем. Она с самого начала была против наших отношений. О том, что люблю темнокожего мужчину, я ей сообщила только тогда, когда забеременела. Бабушка уговаривала меня не рожать.
«Не делай этого ни в коем случае. Это же ужас! Вот однажны я отметила в журнале, что один мальчик татарин (бабушка работала учительницей), так он стал обвинять свою мать. Дескать не надо было от татарина рожать, а надо было от русского, тогда бы учительница не написала, что он татарин», — доказывала она мне.
Я надеялась, что она порадуется за меня, а вместо этого столкнулась с негативом… Она 46 лет проработала в сфере образования и за это время многое повидала. Я вообще не могла подумать, что она окажется расисткой. Бабушка мне постоянно говорит, что боится чернокожих. Мол, они какие-то не такие, неприятные.
А ведь в советское время смешанные браки тоже были! У меня тогда случился диссонанс: я никак не могла понять, как женщина, жившая в Союзе, где тепло принимали представителей других культур, может быть убежденной расисткой.
До сих пор, когда я общаюсь с ней, она мне все выговаривает. Увы, даже со временем бабушка не смогла принять моего мужа. К тому же она часто срывается на моем сыне. Ладно бы только замечания делала, так иногда может и подзатыльник «выписать». Все ей кажется, что сын слишком активный из-за отцовских генов. Ее даже не интересует, что мой супруг — человек степенный и всегда таким был.
Сыну сейчас четыре года, но с прабабушкой он теперь не так часто видится. Бабушка — важный человек в моей жизни. Пока мама работала, она меня фактически растила. Мне очень обидно, что она так отнеслась к моему выбору. Бабушка часто напоминает мне о ситуации с моей троюродной сестрой-мулаткой. Ее мама — русская, а отец — уроженец Мозамбика. Когда она была ребенком, родители расстались. Ситуация вообще была некрасивая: отец был полигамным и нередко приводил домой незнакомых женщин.
Но мы уже пять лет женаты, и с каждым годом отношения становятся только крепче.
К сожалению, в повседневной жизни мужу часто приходится сталкиваться с расовыми стереотипами. На ребенке пока не сильно отражается.
Он еще очень мал, но подозреваю, что нам еще предстоит все это пережить. К чему готовиться, я примерно представляю.
Моя троюродная сестра, как я уже говорила, — мулатка. Я знаю, что в детстве ей бывало некомфортно. На эту тему я много общаюсь и с другими темнокожими людьми. Например, с певицей Корнелией Манго. Она рассказывала мне совершенно страшные вещи про свое детство. Ее мама до шести лет вообще скрывала: не хотела, чтобы дочь с другими детьми общалась. Она боялась, что Корнелию будут дразнить и обижать. В школе, будучи «цветным» ребенком, ей пришлось несладко.
Она говорила, что в четвертом классе ее дети столкнули в яму и бросали в нее камни.
Дети ведь очень жестоки по своей натуре. К счастью, ситуация потихоньку меняется. Думаю, если мы будем жить в Москве, то сыну будет немного проще.
Продолжение читайте очень скоро. Всю статью полностью можно прочесть на сайте woman.ru