Молодая семья продолжает знакомиться с Москвой! На выходных мы приобщились к дивному миру Воронцовской усадьбы. Сама усадьба, правда, была на ремонте, посему стыдливо, словно юная дева в первую брачную ночь, скрывала своё усадебное "тело" под маскировочными покрывалами с нарисованными окнами.
Парк вокруг усадьбы диво хорош! Тенистые аллеи для уединения влюблённых, детские аттракционы (тем кото уже доуединялся), оживлённое озеро для катания на лодках и катамаранах, заросшие пруды для медитации. В одном из прудов пышным цветом колосятся кувшинки — жёлтые цветочки-фонарики на фоне изумрудных листьев. А в пруду по-соседству распускаются белые лилии, таинственно мерцающие на поверхности воды среди лопухообразных листьев. В пруду с кувшинками мама-утка учит утят плавать. Они такие забавные! Маленькие и пушистые, а уже вовсю вертят хвостиками, как настоящие. Возле третьего пруда, самого заросшего и таинственного, происходил высып (спали значит) потусь, посему молодая семья туда не пошла, дабы не стать жестоко побитой другими молодыми семьями и оборанной проснувшимися потусями.
В оживлённом озере, гладь которого то и дело вспенивали катамараны и лодки, ближе к правому берегу (если смотреть со стороны главного входа) возвышается островок, поросший дебристым лесом. Утки, добывающие приостровные камыши, довольны, люди, созерцающие островок, довольны, молодая семья, старающаяся ржать потише над потугами бравого парня в зауженных штанах выгрести-таки на середину озера, довольна больше всех, как вдруг ... (На мотив «Шумит ночной Марсель...»)
На берег вышла крыса,
Красивая, большая и,
Обозрев владенья,
Красиво поплыла.
Средь шума плеска весел
Схватила в зубы корку,
Вернулась и давай жевать
Совсем одна!
Как оказалось, на островке живёт крыса! Очень умная — бросилась в воду, обогнула уток и увернулась от лодок, схватила корку хлеба, который бросали для уток (но местные утки-сибариты не ели, видать батон уже не хлеб), вернулась на остров и скрылась в его дебрях. Молодая семья в восторге от смелости и находчивости зверька!