Официальным «днем рождения» буквы «ё» считается 18 ноября 1783 года. Введение этой буквы обсуждалось на высшем уровне (в том числе – в присутствии директора Петербургской академии наук княгини Екатерины Дашковой и ряда академиков и писателей), однако на протяжении еще полутора веков «ё» не была признана официально.
В то время обязательным употребление «ё» не было. Технически эта новая литера заменила сочетание двух других звуков: iо. На самом деле события 1917 года никак не затронули эту букву и не отменяли ее, и как и раньше, ее использование носило рекомендательный, а не обязательный характер. На официальном уровне эти рекомендации зафиксировал А.В. Луначарский, к концу 1917 года занимавший пост Народного комиссара по просвещению.
Впоследствии лишь с 24 декабря 1942 года «ё» предписывалось ввести в обязательном порядке в школах и образовательных учреждениях (это произошло уже при другом комиссаре – В.П. Потемкине).
До 1956 года буква во всех официальных печатных изданиях и документациях была обязательной к употреблению, затем ее вновь сделали необязательной, и выступил с такой инициативой сам Н.С. Хрущев. С годами такое послабление привело к ожидаемому результату: «ё» употреблялась все реже, хотя среди советской интеллигенции использование этой буквы считалось признаком принадлежности к элите. До Революции же «ёканье» наоборот считалось характерным для простолюдинов.
Интересно, что особых споров по этому поводу до начала XIX века не было: «ё», несмотря на официальное признание, в первые несколько десятилетий не употребляли в печати, и лишь в редких случаях она проскакивала в государственных документах. Отчасти это было связано с тем, что типографские станки той поры технически не позволяли эту букву использовать.
Сегодня «ё» все так же остается необязательной, и несмотря на то, что на основании ее использования или неиспользования окружающие не делают выводов об «интеллигентности» человека, в некоторых кругах употребление этой буквы все же считается хорошим тоном.