Надолго запомню Айя-Софию, этот уникальный музей-собор. Или собор-музей. Такого количества посетителей в недействующем соборе я никогда не встречал. И вы, думаю, тоже. А ведь он как Стамбул – привлекает толпы в первую очередь соединением несоединяемого. Где еще может прекрасно сохраниться целый мир христианства посреди мира исламского?
Айя-София для меня изначально олицетворяла недостижимую истину веры. Поддерживаю Бунина, который в одноименном стихотворении за несколько строк прошел идеальный путь от религии и Корана к Любви (с большой буквы!) и Весне. Тот факт, что христианский собор в одночасье с завоеванием Мехмедом II Константинополя перевоплотился в мечеть, а потом и вовсе отошел от религии, символизирует беспомощность конфессионального мироустройства.
А покопаться в символизме я люблю. Так и размышлял, пока подходил к собору к 16 часам. Хорошее время для посещения святых мест. Есть смысл заходить в Айя-Софию либо совсем рано утром, либо ближе к закрытию касс, иначе толпа просто испортит впечатления. Снаружи, признаюсь, сооружение не впечатлило. Внутри эмоции уже совсем иные. Буквально заволокло ощущением грандиозных замыслов и столь же грандиозного воплощения.
Хотя есть мнение, что византийский император Юстиниан в 523 году затеял масштабную стройку века, чтобы чем-то занять безработный народ и отвлечь от проблем. Ничего не напоминает? Тысячелетия идут, а методы мировых лидеров остаются прежними. Еще мнение – желание правителя переплюнуть весь христианский мир.
Как бы то ни было, получилось монументально. Больше всего поражает, естественно, купол, который, по Мандельштаму, будто «подвешен к небесам». Зрелище, согласен, потрясающее - вроде бы смотришь куда-то далеко в небо, но там нет неба. С инженерной точки зрения прекрасный расчет. Высота купола - 56 метров, а диаметр - 32. Как так получилось в VI веке?
Поддерживать купол на прямоугольной конструкции архитекторы решили с помощью сферических треугольников – тромпов. Которые по форме сливаются с самим куполом. Инновация для варварских, по сути, времен. Затем, чтобы конструкция не развалилась от нагрузки, придумали систему полукуполов, чтобы не разрушились главные арки.
Боковые коридоры появились здесь тоже не случайно – их своды выполняют роль подпорки. Сбоку уже позже, несколько десятилетий спустя, приходилось дополнительно усиливать здание все новыми конструкциями для снижения нагрузки.
Легкий материал для купола зодчие нашли в Родосе, точнее глину для кирпичей. Потому задача удержать купол все-таки выполнена. Из того же материала делали раствор, который имеет свойство «забивать» микротрещины. Любопытный факт – его слои толще самого кирпича. Нечасто такое встретишь.
И это все равно не уберегло купол во время землетрясения. Оказалось, зря кирпичную сферу поставили на слабую конструкцию цилиндрической формы, которую отличают опоясывающая по всей окружности череда из сорока окон. Такая особенность, к слову, создает невероятно красивую игру света внутри храма. Ну а просчет архитектора Исидора пришлось исправлять через 20 лет его сыну.
В любом случае конструкция, конечно, неидеальная, что особенно заметно, если внимательно присматриваться. Взять те же колонны. Думаете, они выполнены из разного мрамора и отлиты с разной высотой по какому-то великому художественному замыслу? Все, скорее всего, прозаичнее. Говорят, Юстиниан поставил жесткие сроки, поэтому пришлось любым путем доставать колонны откуда только возможно. Всем Константинополем собирали.
Достоверно же известно, что при Юстиниане убранство собора было совсем другим. Не было мозаики Богородицы на аспиде, изображений императоров подле Христа… Одни шестикрылые серафимы. Все появилось сильно позже, а мусульмане потом еще заштукатурили. Изрядно досталось мозаикам и фрескам.
Гаспар Фоссатти впервые провел реставрацию Айя-Софии, пока она еще была мечетью. Ну а сейчас мы видим плод совсем недавней глобальной реставрации, которая «обнажила» хорошо сохранившиеся мозаики.