Это было очень давно: в другое время…, в другой жизни…, в другой стране… Но каждый раз, когда речь заходит о Мастере и Мастерстве, я слышу этот голос – голос тёти Симы.
Тогда я была ещё молоденькой, хорошенькой и бесконечно самонадеянной особой.
В качестве преддипломной практики по специальности «портной индивидуального пошива женской одежды», меня с подружкой направили в оперный театр.
Хозяйка театральной мастерской – седая еврейка лет 75, бросила на нас мимолётный строгий взгляд поверх очков и поручила стачивать (сшивать) оборки.
Молчаливому негодованию практически «испечённых специалистов» (то есть нас:)) не было предела: «НАМ – МАСТЕРАМ - ОБОРКИ?!» Однако работу мы выполнили, и, с чувством исполненного долга представили на проверку.
Тётя Сима (а это была именно она), проявила по отношению к нашим «шедеврам» поразительную зловредность: откладывая одну за другой стачанные полоски ткани, и не обращая на нас ровным счётом никакого внимания, она, как заезженная пластинка, повторяла с непередаваемым еврейским акцентом только одну фразу: «Не гхровно - гхраспорите; не гхровно - гхраспорите, не гхровно - гхраспорите …»
Боже! Как мы злились тогда!..
Это потом, после «проверки на вшивость» она провела для меня экскурсию по театральным мастерским; разрешила присутствовать на примерках, подробно объясняя КАК их ПРАВИЛЬНО делать; научила самым сложным операциям – пошиву лифов в балетных пачках и муляжному (без выкроек) раскрою…
Эта маленькая строгая женщина ночевала в театре перед премьерами (спала на раскроечном столе), чтобы успеть выполнить работу В СРОК!
Этой маленькой застенчивой женщине ПЕРВОЙ приносили цветы и подарки артисты, приехавшие из зарубежных гастролей…
Она предлагала мне занять её место… Я отказалась тогда… О чём позднее НЕ раз пожалела.
Милая тётя Сима!.. Если бы Вы знали, как я благодарна Вам за этот УРОК МАСТЕРСТВА!
Сейчас, при виде небрежно выполненной работы, мне так и хочется повторить вслед за Вами:
«Не гхровно, гхраспорите…»