Свой первый рабочий день в редакции я помню очень хорошо: второго сентября 1982 года. Вообще – то выйти мне полагалось первого числа, но по ряду причин, как видите, припозднился. Эта дата мне памятна более всего первой командировкой. Вместе с наиболее талантливым журналистом Виктором Константиновичем Гилёвым мы поехали в село Кипель, в колхоз имени Пушкина. Я – как стажёр, набирающийся опыта у маститых газетчиков. Ну, а Гилёву предстояло собрать материал для очерка о тогдашнем председателе колхоза Александре Егоровиче Шилове и его родных братьях. Уместно отметить, что Иван Егорович Шилов, чьё имя сегодня на слуху в наших краях, учитель и энтузиаст спорта, именно его родной младший брат.
Но вернусь к своему первому рабочему дню. По этому случаю и вообще по привычке одеваться, как на светский раут, пришёл в редакцию в своём лучшем болгарском костюме, белой рубашке с галстуком и в новых польских туфлях. Мои старшие товарищи посмотрели на меня несколько удивлённо. Редактор, по сравнению со мной, смотрелся бледно! Ну а поэт Гилёв – тем более! Был экипирован, как киношный Шурик: в какую – то клетчатую поношенную рубашку и старенькие джинсы. Советские, конечно! Levis нам тогда был недоступен! Откуда мне было знать (да меня и не предупредили), что нас ждёт поездка в село. Сборы были короткими. И вот уже на стареньком УАЗике мы отправились в путь.
В кабине было душно и пыльно, и уже на полпути к колхозу я избавился от галстука, в котором более уместно ходить на торжества, и снял пиджак. Весь удар пыли и грязи приняла на себя белая рубашка. И всё равно в Кипель я приехал, как «денди лондонский одет…» Колхозники смотрели на меня, беленького, молодого и чистенького, как на музейный экспонат. Виктор Константинович только хитро улыбался!
В тот день мы побывали везде: на поле и на ферме, в правлении колхоза и МТМ. Понятно, что моя светлая рубашка к концу командировки стала подозрительно тёмной. Брюки оказались в каких – то масляных пятнах, а «корочки» покрылись густой дорожной пылью. Впрочем, на всё это я тогда не обратил внимание. Потому что был увлечён другим: следил, как наш мэтр набирает факты для очерка. Более всего меня удивило то, что Виктор Константинович мало где вылез из машины. Беседовал с председателем прямо в УАЗике. Правда, на природе всегда стремился вести разговоры на светлом пригорке или на живописной опушке берёзового колка. А мне между делом шутливо говорил: «Учись, студент!» Именно в тот день я впервые пообедал в колхозной столовой. Мяса не жалели! Надолго мне запомнился кипельский наваристый борщ и котлеты размером с ладонь взрослого человека.
Между тем день клонился к вечеру. Выполнив свою миссию, мы возвращались домой. В редакции нас уже ждали. Простенькой одёжке Виктора Гилёва хоть бы что, а мой наряд не выдержал всех трудностей поездки в колхоз. По этому поводу редактор провёл со мной беседу. Мол, ты же не в райкомовском кабинете сидишь. Бери пример с Гилёва!
Ну а дома ещё и от жены досталось. В общем, на следующий день на работу я пошёл в стареньких брюках и практичного цвета рубашке. Все мои вчерашние вещи сушились после стирки на бельевой верёвке. С тех пор парадный костюм я надевал лишь на торжества. А о галстуке и совсем забыл. Заботился лишь о том, чтобы на одежде было больше карманов. Для блокнота, ручки и прочих нужных мелочей.
Сергей Предеин.