Меня призвали в армию сразу, как только исполнилось восемнадцать лет в 1943 году. Сразу же меня отправили в гущу военных действий наводчиком.
Я был ранен три раза, по несколько недель лежал в госпитале, а затем снова с бой. Каждый раз я был уверен, что в этот рез не переживу. Сколько моих товарище полегло и многие из них погибли на моих глазах. Но горевать было некогда.
Каким-то чудом я остался жив, хотя сколько раз был на волосок от гибели.
В 1944 мы вошли в Польшу. Немцев было много, но пленных мы старались не брать, у всех было желание отомстить немцем за их ужасные деяния. За все, что они творили в наших селах и деревнях, за всех наших детей, женщин, товарищей и стариков!
И вот одного немца засекли. Он спрятался в комнате первого этажа одного дома. Он пытался отстреливаться, а потом решил бросить в нас гранату, чем разозлил сильно всех наших.
Когда его поймали, его воинственность сразу испарилась. Для начала по нему хорошенько кулаками прошлись. А затем увидели, что в комнате, где он прятался, лежат трупы детей и полураздетых женщин. После этого стало понятно, что в живых его не оставим.
За такие деяния решили его жестоко казнить. Танкисты согнули две березы, а немец упал на колени и начал умолять, чтобы просто пулю в лоб, а не так. Но нашим ребятам было наплевать на его просьбы.
Возможно, это жестоко. Но в тот момент, такая злость на немцев была, что даже ни капли жалости не возникло, когда он плакал пока его привязывали к березам.
Сейчас уже думаю, что стоило поступить более гуманно, но тогда была война! И мы воевали!