Есть на Чукотке легендарные места с богатейшим культурным пластом и великими именами творивших историю. Как правило именно такие места меня и притягивают как объект для путешествий. Мыс Шмидта - место легендарнейшее: историю освоения Арктики без Мыса Шмидта невозможно представить. Но именно туда, на Шмидт мне хотелось меньше всего. История расстаралась, зато "подкачала" география. Достаточно взглянуть на карту, чтобы понять- побережье Чукотского моря, наша восточная Арктика, скудна на ландшафтное разнообразие. Унылые берега, неприглядность которых описал ещё полвека назад старик Куваев. Но человек предполагает, а бог... Я лечу на Мыс Шмидта.
Вертолёт, сделав круг идёт на посадку. В иллюминаторе - реальность не обманутых ожиданий. "Жопа, как есть жопа" - мысленно говорю сам себе. Ситуацию усугубляла погода: небесная серость, снежные заряды и промозглый ветер - даже Сочи могут превратить в места поганые, что уж о Шмидте говорить. При посадке заметил как белые пятна на тундре вздрогнули и полетели. Мать честная, это же гуси! Тысячи белых гусей. Захватывающее и ошеломляющее зрелище, которое несколько сгладило первое знакомство со Шмидтом.
Без истории никуда, ведь Мыс Шмидта не Санкт-Петербург, в лучшем случае у большинства наших сограждан ассоциативное мышление при упоминании этого топонима вытащит из завалов сознания образ сурового советского полярника с немецким именем Отто и женским отчеством Юльевич.
Уходит история корнями как минимум в первое тысячелетие нашей эры. Точнее сейчас никто не скажет. Жили в этих местах протоэскимосы, так называет историческая наука предков современных эскимосов. В 15-17 веках, эскимосов вытеснили пришлые - чукчи. "Вытеснили", но переняли культуру охоты на морского зверя. Отголоском тех событий является легенда об онкилонах - племени, которое ушло на байдарах на север, спасаясь от уничтожения пришельцами. Много позже, советский геолог-фантаст Обручев разовьёт эту легенду в "Земле Санникова".
Семён Дежнёв, шедший с товарищами промысловиками на кочах с реки-Ковымы на Онандырь-реку, в своих "скасках" не фиксируют останавливались ли они на мысе. Но даже если не останавливались, то как минимум видели этот выдающийся в море скалистый берег.
А вот кто точно на этом мысе был, так это Кук. Тот самый, английский мореплаватель, который погиб в стычке с туземцами на Сандвичивых островах. Сандвичевы не потому что его там съели, а в честь английского лорда, принимавшего участие в подготовке экспедиции. Это была третья кругосветка Кука. В августе 1778 года два английских фрегата дошли до мыса и из-за мощного ледового поля не смогли двигаться далее. Самую северную точку этой и вообще всех своих экспедиций Кук назвал не мудрённо - Мыс Северный (Нордкап). Это было последнее открытие великого английского путешественника. Возвращаясь с севера, на Гаваях (Сандвичевы острова) он погиб от рук туземцев.
Через полтора десятилетия в этих местах была экспедиция Биллингса (тоже кстати англичанина, но на русской службе). В 19 веке пытаясь достичь неизвестной земли на севере, был в этих краях русский путешественник Фердинанд Врангель. Говоря о великих нельзя не отметить шведа Норденшельда, первым на судне прошедший Северным морским путём.
Были в этих местах и другие мореплаватели и путешественники, не столь легендарные, но великие. Любой населённый пункт был бы счастлив если его посетил бы даже один из упомянутых выше великих и легендарных. Но это всего лишь предыстория. Мореплаватели и путешественники видели на Северном мысе небольшое чукотское (эскимосское) поселение, которое позже было нанесено на карту под именем Рыркайпий (моржовый затор). Настоящая история Мыса Шмидта началась в 1930-х годах. Одиннадцатого сентября 1932 года на мысе Северном вышла первая метеосводка с полярной станции. Собственно с метеостанции и началась настоящая история Мыса Шмидта.