В весенний полдень субботнего дня, когда город еще не разгулялся и на дорогах мало машин, легко добраться на маршрутке до офиса. Я ехала, размышляя о незаконченных делах, о папках, разбросанных на моем столе, о том, как я наведу в них порядок и к трем часам уже вернусь домой. Автобусная дверь распахнулась, впуская новых пассажиров, и прямо предо мной оказался невысокого роста старичок с загорелым лицом и крючковатым носом. Он плюхнулся на сиденье напротив меня, широко расставив ноги, приспособив между ними большие хозяйственные сумки. Очевидно, что настроение у него было хорошее, и он что-то напевал себе под нос. Судя по всему, он плохо говорил по-русски, но всячески старался с кем-нибудь пообщаться. Приметив сонного малыша, сидящего на коленях пожилой женщины, он начал ему улыбаться, слегка тыкая пальцем, в его мягкую куртку. Ребенок хмурился и морщил нос, что, в общем, забавляло старика. Это выглядело немного странно и в то же время понятно, поэтому никто не реагировал, все молча, ехали дальше. Старик отвлекся и сквозь оконное стекло стал смотреть на дорогу, поправляя на себе замусоленную фуражку. Взгляд его задержался на форточке, которую ему непременно захотелось открыть. Он приложил усилия, но створка не поддалась, тогда он о чем-то спросил водителя на непонятном языке. К моему удивлению, водитель оказался той же национальности и что-то объяснил ему. Старик снова попробовал сдвинуть форточку, но она не тронулась с места, он безнадежно махнул рукой и успокоился. Через несколько метров автобус притормозил у обочины, дверь шаркнула , и водитель вошел в салон. Улыбнувшись старцу с сыновнем почтением, он мускулистой рукой открыл для него окно и немного подумав, открыл еще и люк над головой. Довольный собой, он спрыгнул с подножки, и через несколько секунд мы двинулись дальше. Этот сюжет привлек мое внимание, я задумалась, всегда ли водители автобусов внимательны к пассажирам? «Конечно, нет», - ответите вы. Просто есть народы, в культуре которых есть примеры достойные подражания, но никто не придал этому значения, все продолжали ехать по своим делам.
