В наши дни никто сакральную суть термина «нестроевая часть» не понимает. Я пробовал рассказывать об этом феномене современным военным. Они заявили, что это враньё, да ещё и спросили о том, какой у меня был позывной. Ребятам не понять, что у нас не было никаких позывных. Они не верят в то, что у нас автоматы хранились в ружейных комнатах в качестве реликвий. Это были образцы АК, которые давно пора было списывать. Но у нас стреляли только перед принятием присяги, поэтому сходили и такие. Мы часто брали в руки только штык-ножи, потому что они должны украшать ремень дневального. Однажды я свой сломал. Никуда я его не кидал — просто попробовал что-то отскребать, какую-то краску, а лезвие неожиданно отделилось от рукояти. Один хороший человек, сержант, тут же ободрил меня. Мы приклеили рукоять к ножнам эпоксидной смолой, создав из настоящего оружия настоящий муляж, но этого никто так и не заметил.
Однажды я узнал, что был в части какой-то проверяющий, который осматривал оружие личного состава. Он взял и, вот ведь энергичный офицер, зачем-то открыл один автомат. Оттуда полетели куски земли и выползли пауки. В бешенстве он орал:
- Под суд! В дисбат!
Гремел там замками, бегал. Но ему объяснили, что рядового винить нельзя. Никто из рядовых не может подойти к оружейке, взять свой автомат и пойти чистить. Я и не подозревал, что из моего оружия стреляли новобранцы, да так и сдали с землёй и листьями назад. К счастью, я узнал о том, что крики про суд и дисбат относились ко мне только тогда, когда ретивый инспектор отбыл в штаб округа. А то было бы несколько волнительно...
Это говорит о том, что современные военные всё же больше занимаются своим делом. У них есть позывные и что-то такое, что делает их людьми служивыми. К нестроевым частям и сегодня относят различные склады, подразделения тылового снабжения, военные госпиталя и подобные формирования. По своей сути служба в нестроевой части подразумевает минимум военной подготовки и максимум какой-то работы на благо обороноспособности страны... Или просто на благо старших по званию. Наиболее характерным примером из прошлого являются строительные части, так называемые стройбаты, которые полностью дискредитировали армию в глазах общественности.
Но вернёмся к нашей теме о том, что в армии всё разное. Сразу за забором нашей части, который был выложен кирпичами «сеткой», с открытым пространством в кладке, была часть артиллеристов. На построения «мазуты», как у нас называли все рода войск с чёрными петличками, мы смотрели с удивлением, смешанным с небольшой долей ужаса. Там полковники ходили строевым шагом, а служба была какой-то нам непонятной. Говорили, что большую часть времени все живут в палатках, постоянно стреляют из гаубиц, всё трудно и дедовщина страшна.
У нас было в чём-то проще, некий трудовой военный детский сад, а особенно либеральным взводом являлся ЭМО. Это аббревиатура энерго-механического отдела, куда направляли всех тех, кто не подходил по параметрам к другим взводам: не имел водительских прав, ещё вчера пас барашков в горных районах Азербайджана, не вышел бравым или умным, а то и наоборот — был слишком умным, кого сегодня назвали бы ботаником.
Работать приходилось почти всем, поэтому люди в основном были уставшими. Дед или не дед, но отстояв за станком восемь часов уже не хочется «гонять духов» или ходить строевым шагом.
Помню, как кто-то из командования выразил недовольство всеобщей строевой подготовкой. Был приказ всей роте заниматься ею в течение двух часов после ужина, до самого отбоя. Реакция нашего взводного была изумительной. Он высказался о том, что люди по смене отпахали, а теперь им ещё строевым шагом ходить? Приказал закрыть дверь на этаж, никого не пускать и не мотаться в курилку. Все разошлись по комнатам и травили анекдоты до отбоя.
Армейская непохожесть распространялась не только на части, но и на самые маленькие подразделения в виде отделений, конечно и на отдельные взводы. Традиции взвода охраны никак не могли распространиться на взвод МТО, где служили водители и автомеханики. Тоже самое можно сказать про цеха, три из которых относились к непосредственному обслуживанию авиационной техники. Там среди срочников можно было встретить студентов авиационных техникумов и даже институтов. Попадали ребята на срочную службу по разным причинам, к примеру, успешно завалив сессии. Иногда армия даже спасала студентов институтов с военными кафедрами. При удачном стечении обстоятельств они получили бы погоны лейтенантов, но для этого нужно успешно учиться. Неуспевающие студенты иногда использовали какие-то лазейки в советской бюрократической системе и сами давали себя призвать, что могло спасти от отчисления из ВУЗ-а. К примеру, один мой приятель проучился три года в МАИ, но на четвёртый началась полоса неудач. Он просто пришёл в военкомат и там как-то утрясли все проблемы. Вместо отчисления — срочная служба.
Вот такой разношерстых контингент, в котором были равномерно представлены все национальности, слои советского общества и типы личностей. Про последних следует сказать особо. Постоянные недобор приводил к тому, что в армию брали всех. У нас служили люди с плоскостопием, ночным недержанием мочи, а так же ребята, которым впору было бы занимать койки в психиатрических диспансерах. Это сказано для того, чтобы подчеркнуть разницу и непохожесть частей, взводов, традиций, а не для того, чтобы что-то очернить.
Осталась в памяти одна картина. Я — дневальный по роте. Это начало службы, может быть я уже прослужил пять или шесть месяцев. Мой «пост» выглядит так: стол, стул, на столе книга Анатоля Франса «Остров пингвинов», я удобно завёрнут в одеяло, по селектору играет приятная музыка. Нельзя сказать, чтобы деды это не знают. Время от времени ко мне подходят старослужащие и сокрушённо удивляются такой борзости, но ничего не делают. И тут забегает один парень. Мы одного призыва. Деды приказали ему найти спички. Он умоляет меня дать ему коробок, что я и делаю. Его взвод на втором этаже, а мой на третьем. Там гоняют, а тут я читаю и скучаю, а курю прямо сидя за столом. Есть разница? Вот так была непохожа вся советская армия.
Добавлю к этому, что в тот же год кто-то погибал в Афганистане, а кто-то служил в Москве и уходил каждый вечер в самоволку, других насмерть забивали деды, а потом домой «робко» сообщалось о том, что рядовой покончил с собой из-за того, что ему на гражданке изменила девушка, которой у него, к слову сказать, никогда не было.
Теперь в том месте, где дислоцировался личный состав срочной службы военной части п/п 42030 проводят экскурсии, а стоит участи 5 евро, но говорят там совершенно неправильные вещи, путают наши КПП и строения с аналогичными у артбригады. Внутри всё разрушено, часть зданий снесена, а другая стала руинами, пространство заросло и представляет собой какой-то хаос или готовые декорации для съёмок фильмов-ужасов. Удивительно, но почему-то немцы не смогли сделать на этом месте что-то полезное.
Видео, снятое неизвестным мне человеком. Он заходит со стороны территории артбригады, но наши казармы, здание штаба, технического отдела и санчасти, которую потом закрыли, в кадры попадают. Двери славной рембазы отличаются наличием символики ВВС СССР.
Если Вам интересны мои истории, ставим палец вверх и подпишитесь на мой канал — тогда истории о службе в ГСВГ будут чаще появляться в Вашей ленте новостей. Спасибо Вам за внимание!