Если жена тебе изменила, то радуйся, что она изменила тебе, а не отечеству.
Антон Чехов
Нежные свиданья, целующиеся взгляды, первые прикосновения, вечная любовь – именно так начинается большинство отношений. Концом этой идиллической картины часто становится измена.
Почему мы изменяем, оставляя проверенное и своё ради нового и чужого?
Привычный, долгосрочный муж – это прочитанная книга, которую можно перелистывать, переплетать, но читать уже никогда не интересно. Постоянное присутствие человека рядом, одинаковые чувства каждое утро, делают отношения будничными, превращают их в привычку. Попробуйте каждый день слушать одну и ту же песню или читать «Я помню чудное мгновенье» - это непременно набьет оскомину и вызовет отвращение. После года-двух-тридцати, проведённых вместе, муж будет находиться в списке симпатий где-то между любимым сериалом и походом в парикмахерскую.
Чужой мужчина - совершенно другое дело. Его губы чувственнее, руки сильнее, торс рельефнее, запах притягательнее. Он недоступен, как запертая дверь, за которой многообещающая неизвестность. Дома в это время ждёт давно распахнутый сундук, из которого уже достали всё ценное, а на дне осталось лишь влажное постельное белье.
Ухаживать, испытывать страсть к человеку, который твой, полностью принадлежит тебе странно. Зачем? Это всё равно, что начинать охоту на зажаренную куропатку, которая лежит перед тобой на тарелке.
Только запретный плод, как известно, особенно сладок. И как бы ни был прекрасен и богат сад, больше остальных соблазняет именно недоступное дерево. И ты при этом хочешь плодов даже не потому, что мучим голодом, а от порочного любопытства.
Изменяют от вялой, безопасной и пресной жизни. Хочется страсти, огня и риска, а получаешь только бесцветную, будничную скуку. Когда в твоей верности упрямо уверены, не допуская даже мысли о возможном адюльтере, измена неизбежна, её просто нельзя не совершить. Измена – это месть, грех, страсть, гремучая и взрывоопасная смесь из тайны, мучений совести, чувства вины, грязи, опасности, порока, преступления, ревности, трепета, азарта и вожделения.
Есть пары, которые долгие годы живут без секса или знают только одну миссионерскую позицию, проводят три-четыре минуты, лёжа друг на друге, позёвывая, а потом дружно идут чистить картошку и мыть полы. Естественно, кому-то может захотеться чувственного секса, как раньше, или грязного, постыдного, который просто невозможно представить с этим домашним, обыденным человеком. Дома он – подурневший, с неприятным запахом изо рта и натоптышами на пятках, а впереди любое удовольствие, которое ты сможешь принять.
Измена притягательна не только новым человеком и свежим глотком непривычной эмоции. Ещё ты можешь любоваться своим отражением в чужих глазах, ощущать, что можешь покорять, вызывать желание у другого, незнакомого, красивого, обворожительного, сексуального.
Есть такой тип мужчин (да и женщин, наверное, тоже) – волокиты. Один постоянный партнёр для них необходим, но не достаточен. Вечный перебор, всегда Иветта-Лизетта-Мюзетта-Жоржетта. Эти донжуаны часто искренно думают, что хранят верность (видимо, на всякий случай в разных местах): три, ну на крайний случай четыре любовных романа на стороне вполне позволительно, а вот больше пяти уже нехорошо, уже обман. И потом раздаются жалобы, полные праведного гнева:
- Он постоянно упрекает меня в неверности! А знаешь, сколько раз я был ему верен!
Эти люди неисправимы: либо терпите, либо бегите.
Что такое измена, кажется, понятно каждому. Протянуть другому руку для прикосновения? Поцеловать в щёку? Нет, не измена? А если в губы? А если соприкоснуться другими органами?
Измена не только во влечении, сексе, а в чувствах разума, внутри головы. Жутко становится, когда сидя за одним столом, ты смотришь на человека напротив, а сказать нечего, потому что всё уже сказано другому.
Измену можно скрывать долгие годы. Это, может быть, ложь и предательство, но если отношения живы, то оно того стоит. Напротив, бывают мужчины, которые признаются в изменах даже с некоторым удовольствием, и одновременно виноватым, нашкодившим видом. Признаться – значит, прежде всего, простить её самому себе. Но поймёт ли другой?
Иногда удобнее измены не видеть. Зачем нарушать привычный порядок жизни, даже если всё прекрасно знаешь о похождениях своего не особенно ловкого возлюбленного? Тогда опасно возвращаться домой слишком поздно из всяких командировок, чтобы не давать повода и не вводить своего благоверного в искушение. Но куда страшнее прийти слишком рано. Собственное унижение станет ужасающе очевидным и осязаемым. Тогда только скандал и разрыв или потеря кусочка уважения к себе. Большого кусочка.
Когда изменяют оба и знают оба, это называется «свободные отношения». Порой это финальная стадия, агония совместной жизни.
У меня был опыт таких «отношений». Каждую неделю-две мы обязательно куда-нибудь выбирались: в театр, ресторан, за город или в небольшое путешествие. Музыка, еда, зажжённые свечи, закаты, улыбки, одна рука сжимает другую… Но делали это по-отдельности: он в вечер пятницы, а я по субботам.
Если люди проводят свои выходные и вечера врозь, завтракают в разное время, при этом развлекаясь на стороне, то любая попытка сохранить такие отношения нелепа и напоминает спасение уже давно пробитого айсбергом «Титаника», захлёбывающегося солёной водой.
Но существуют и жизнерадостные свободные отношения: когда пара приглашает третьего. Тёмный вечер, интимная обстановка, задушевные беседы, бокалы шампанского. Потом шторы занавешиваются, свет приглушается, тела обнажаются и… В юности это казалось мне скотством, пошлостью, непозволительным распутством. Теперь не кажется: знаю счастливую пару, нежно любят друг друга, очень привязаны и зависимы. Но всё же такие отношения жестоки – для третьего, которому доверяют роль приходящего гостя, особенно лакомого блюда, не более того. Впрочем, всё, что устраивает людей и не мешает другим, имеет право на существование.
Кто виноват в измене? Разумеется, оба. Иногда ты и рад бы хранить верность, но с удивлением обнаруживаешь - некому. Человек тебя не устраивает весь, ты потерял надежду что-то изменить в нём, значит, изменишь ему. Тогда адюльтер становится делом времени, а верность только вопросом меблировки: на кресле её сохранить легче, а на диване уже не будешь так твёрд. Расставание, в таком случае, будет самым честным, разумным и светлым исходом.
Измену, по-моему, можно простить и понять, кто из нас не без греха? Но забывать о ней нельзя. Невозможно.