Самым известным мифом этого спортивного праздника является история о Джесси Оуэнсе, чернокожем американском спортсмене-легкоатлете. Считается, что Джесси Оуэнс несколько омрачил Гитлеру праздник, взяв 4 золотых медали: в забегах на 100 и 200 метров, в прыжках в длину и, совместно со всей американской командой, в эстафете 4х100 м. По легенде, впечатляющее выступление американских чернокожих спортсменов, особенно Оуэнса, настолько разозлило Гитлера, что он отказался пожать руку Оуэнсу после победы последнего на стометровке.
Это выдуманная история широко распространялась в то время, чтобы показать, что олимпийский дух одержал победу над нацистским расизмом. На самом деле еще задолго до того, как Оуэнс вышел на дорожку, президент Олимпийского комитета Анри де Байе-Латур, попросил Гитлера перестать поздравлять победителей на стадионе, что он постоянно делал, если он не готов обменяться рукопожатием с каждым, кто выиграл соревнования. Опасаясь того, что Оуэнс может оказаться одним из этих победителей, и преисполненный решимости никогда не пожимать руку чернокожему, Гитлер прекратил приглашать спортсменов в свою ложу для публичного поздравления.
Сам Оуэнс уверял, что Гитлер, которого он называл «человеком достоинства», дружески ему помахал. Если уж к чернокожей легенде спорта где и отнеслись пренебрежительно, то на демократической родине спортсмена. По свидетельству Оуэнса, оскорбил его отнюдь не фюрер, а собственный президент Франклин Рузвельт, не удостоивший победителя поздравительной телеграммы.
Чернокожий спортсмен не испытывал никакой неприязни к фюреру и нацистскому режиму. Возможно, он что-то слышал о нацистской расовой теории и законах против евреев и цыган. Вполне вероятно, что такие вещи ему не очень нравились. Но для него важнее было то, что в Берлине он мог заходить в любой ресторан и ездить на транспорте наравне с представителями высшей арийской расы, чего в своей родной Алабаме он делать не мог, а если бы и осмелился, то вмиг оказался бы повешенным на ближайшем дереве.