Рэймонд Дуглас Брэдбери, которого все мы знаем под сокращенным именем Рэй Брэдбери, был весьма талантливым и плодовитым писателем, у которого каждый из нас может поучиться упорству, работоспособности и увлеченности собственным делом. Прочитайте его "Дзен в искусстве написания книг" и вы поймете, насколько он любил литературу и писательский труд. Именно ему мы обязаны правилу 1000 слов каждый день, которое работает безотказно. Брэдбери обожал то, чем он занимается, и потому вывел множество вдохновляющих принципов работы творческого человека. И вот вам избранные цитаты этого замечательного автора из книги "Дзен в искусстве написания книг" и знаменитой антиутопии "451 градус по Фаренгейту" для вдохновения: Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами всюду, где можно, — в старых граммофонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей вас природе, в самом себе. Книги — только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть
Рэймонд Дуглас Брэдбери, которого все мы знаем под сокращенным именем Рэй Брэдбери, был весьма талантливым и плодовитым писателем, у которого каждый из нас может поучиться упорству, работоспособности и увлеченности собственным делом. Прочитайте его "Дзен в искусстве написания книг" и вы поймете, насколько он любил литературу и писательский труд.
Именно ему мы обязаны правилу 1000 слов каждый день, которое работает безотказно. Брэдбери обожал то, чем он занимается, и потому вывел множество вдохновляющих принципов работы творческого человека.
И вот вам избранные цитаты этого замечательного автора из книги "Дзен в искусстве написания книг" и знаменитой антиутопии "451 градус по Фаренгейту" для вдохновения:
Нет, нет, книги не выложат вам сразу всё, чего вам хочется. Ищите это сами всюду, где можно, — в старых граммофонных пластинках, в старых фильмах, в старых друзьях. Ищите это в окружающей вас природе, в самом себе. Книги — только одно из вместилищ, где мы храним то, что боимся забыть. В них нет никакой тайны, никакого волшебства. Волшебство лишь в том, что они говорят, в том, как они сшивают лоскутки вселенной в единое целое.
Хорошие писатели тесно соприкасаются с жизнью. Посредственные – лишь поверхностно скользят по ней. А плохие насилуют ее и оставляют, растерзанную, на съедение мухам…
Теперь вам понятно, почему книги вызывают такую ненависть, почему их так боятся? Они показывают нам поры на лице жизни.
«Каждый должен что-то оставить после себя. Сына, или книгу, или картину, выстроенный тобой дом, или хотя бы возведенную из кирпича стену, или сшитую тобой пару башмаков, или сад, посаженный твоими руками. Что-то, чего при жизни касались твои пальцы, в чем после смерти найдет прибежище твоя душа. Люди будут смотреть на взращенное тобою дерево или цветок, и в эту минуту ты будешь жив».
Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.
Потому что писатель обязан быть прежде всего одержимым. Его должно лихорадить от жара и восторга.
Нужно опьяняться и насыщаться творчеством, и реальность не сможет тебя уничтожить.
Потерпеть неудачу – значит сложить лапки и сдаться. Вы не стоите на месте, вы в процессе развития. Неудач быть не может! Процесс идет. Работа делается. Если ее результат хорош – вы чему-то учитесь. Если плох – вы учитесь еще больше. Сделанная работа – это урок, который необходимо выучить. Пока ты не остановился, неудач быть не может.
Но идеи лежат повсюду, словно яблоки-паданцы, сгнивающие в траве, потому что не хватает прохожих с зорким глазом и вкусом к красоте, будь она хоть абсурдна, хоть пугающа, хоть благолепна.
Чтобы кормить свою Музу, нужно самому с детства испытывать вечный голод – неутолимое желание жить.
Дайте миру светить сквозь вас. Преломляйте свет мира, белый, палящий, направляйте его на бумагу. Создавайте свои уникальные спектроскопические узоры.
И тогда вас – новый химический элемент – откроют, внесут в таблицу и назовут!