Фото @fairytale_norway
У вас никогда не возникало мысли, что скандинавские, в особенности норвежские, лица не просто натуральные, светлокожие, молочные, веснушчатые, - они нагие.
Зачастую единственным украшением норвежской женщины могут быть красивые (или некрасивые) русалочьи волосы и... рыбий хвост. Шучу, конечно, но ведь и в скандинавской мифологии, наряду с богами и героями существуют персонажи «низшей» мифологии — например, ундины, которые являются разновидностью эльфов.
Это девушки с рыбьими хвостами, которые в ожидании жертвы расчесывают на берегу свои золотистые волосы. В мифологии христианского времени они получили возможность обрести бессмертную человеческую душу, если родят ребенка. Сюжет «Русалочки» Андерсена культурологи связывают с этим поверьем.
Так вот, нагота ундин наших времен — в лицах. Немолодое лицо без косметики. Со множеством мелких и глубоких морщин, напоминающих местные фьорды, изрезанные ледником. Морщины как будто тоже тянутся с юга на север, на север человеческой жизни — оставляя неизгладимыми ее следы, взлеты и потери.
Они живут полнокровной жизнью, о них спотыкаешься и из них же пьешь. Они не прикрыты сыворотками, маслами или кремом. Даже многозвучную марокканское аргановое масло не способно привнести новый мотив в северную кожу, не боящуюся слез и откровенного разговора, окрашенную поцелуем одного солнечного за всю весну дня, в который ундина обнажается и выставляет под солнышко не только личико, но и хвост.
Хвост, я бы сказала, словно символ нераспустившегося цветка женственности, его возможно будет отбросить лишь с годами. Нет, это не холоднокровные и бессловестные рыбины, как может показаться со стороны. Опутанные сетями и хвостами, бредут-плывут-замирают они в поисках своей нежности, бесшабашности, любви, естества.
О, эти не покрытые чешуей, простынями, ладонями, затылками, иглами лица! Касаясь их, касаешься души.