Поехали мы с одним очень уважаемым в определенных кругах, которые раньше называли братвой, а сейчас бизнесменами, в соседний город по религиозным делам – монастырь посетить. Суть не в этом, а в компании – мы с Лехой на переднем сиденье Крузака мирно беседуем. Позади его жена с подружкой. Супруга-то Лешина адекватная совершенно, закаленная – огонь и воду с таким муженьком прошла. А подружка баба веселая, непуганая. Постоянно лезет с разговорами, что-то трещит и тарахтит, пытается обучить всех присутствующих основам бытовой психологии или как ее там, не знаю.
И вот на заднем ряду сидений зашла беседа о детстве и юношеских годах. В частности подружка вспоминала о том, как летом бывала в пионерских лагерях (начало 80-х примерно). Живописала и расписывала так, что мне даже захотелось вернуться в то беззаботное время. Леша тоже впал в раздумье. Именно тогда он впервые загремел на малолетку то ли за кражу, то ли за мордобой. Каждый о своем, а подружка продолжала вещать о:
- купании в реке;
- первых поцелуях с мальчишками;
- песнях у костра;
- поднятием красного флага по утрам.
И вот во время неловкой паузы она задает Лехе вопрос:
П: «Алексей, а Вы бывали в лагерях?»
Л: «… после минутного раздумья с бульдожьей физиономией… Да, доводилось пару-тройку раз…»
П: «Ой, интересно как! А где Вы бывали???»
Л: «Так вод Воркутой да под Вологдой».
Нужно отдать должное, что Леха не врал, но подтролливал. Подружка же троллинга не понимала, посему весьма удивилась странной дислокации этих лагерей. Обычно вся советская школота отправлялась куда поюжнее, в идеале вообще на берега Черного моря.
П: «Ой, а купаться вас водили всем отрядом?? И у костра по вечерам с картошкой запеченной сидели, да??»
Л: «Да нас особо не выпускали с территории. Купаться раз в неделю ходили, в баню, а костры жечь не разрешали. Кто-то после развода подпаливал в бараке…»
Подружка ничего не поняла, но и не стала задавать дальнейших вопросов. До конца поездки она молча смотрела в окно, и о чем-то думала. И только Леха ухмылялся в усы, и о чем-то вспоминал!