Он подошел, когда я выходила из школы. Холеный, гладковыбритый мужчина лет сорока пяти в дорогом костюме. "Кирилл Львович", - представился этот хозяин жизни. Слова он цедил сквозь зубы, как будто делал мне одолжение. А хотел этот тип – ни много, ни мало – переспать со мной. Так, прямым текстом, и объявил. И пояснил: "Знаете, вы – вылитая моя училка. Я ее в старших классах так хотел... Дело прошлое, но досадно как-то. Короче, скажите – сколько?" Я с негодованием отвергла хамское предложение и ускорила шаг, но мыслями упорно возвращались к холеному наглецу. Я думала о нем, когда шла домой, покупала продукты, и даже пока разговаривала с мамой, приехавшей к нам погостить. Дело в том, что мы с мужем (он тоже учитель) очень любили детей, но собственных завести не решались: денег едва хватало на самое необходимое... Дня через два Кирилл Львович появился снова и спросил, не передумала ли я. Я сказала, что согласна, и назвала сумму, которая мне самой казалась несусветной. Но "хозяин жизни" д