- Надо бы еще.. Есть чего? - озабочено покосился на собутыльника мужик с темно-рыжей бородой, одетый в кирзовые сапоги, грязные штаны неопределенного цвета и рваную спецовку с завернутыми по локти рукавами.
На импровизированном столике лежала нехитрая снедь. Горбушка хлеба, кусок огурца, несколько перьев лука и почти пустая бутылка, в паре со стаканом, довершала натюрморт. Стакан стоял, аккурат, на газетном фото первого лица в стране, совершенно бесцеремонно оставив мокрый круг под, слегка помятым, черно-белом ликом.
Трое собравшихся покряхтели. Добавить хотелось всем. Однако, в этот раз, с запасом спиртосодержащих жидкостей было негусто. Немного посидев и обсудив новые "Камазы" на родной свалке, они с ювелирной точностью разделили остаток прозрачной жидкости и, по очереди, допили. После, погрустнев, развалились на теплом солнышке как сытые коты.
Вдруг, один из них пригляделся и широко улыбнулся беззубым ртом. По дороге шел покачиваясь еще один мужчина бомжеватого вида с авоськой в руках.
- Опа-на, Серега!
Оставшиеся двое зашевелились, оглянулись и радость засветилась на немытых лицах, особенно лица посветлели, когда взгляды сфокусировались на бутылках в сумке.
- Серега! - замахал рукой приглашающе рыжий. - Давай к нам! Опа-опа-опа..
Оборванец запел одному ему известную мелодию, замахал и захлопал руками от нахлынувших эмоций. Все участники компании уже предвкушали продолжение банкета.
*****
Он любил эти души. Беззаботные, сладкие. Несмотря на неказистую внешнюю оболочку тел, вызывающую чувство брезгливости. Трое. Хорошо. Его лицо исказила бы сейчас плотоядная улыбка, если бы оно, это самое лицо, у него имелось. Он сразу накинул маскирующий морок, чтобы не напугать пищу. Души испуганных горчат. Настолько, что иногда даже непригодны в пищу. Но эти хороши, как же они приятно пахнут в сумраке бесконечности... Блаженно втянуть запах еды тоже было, к сожалению, нечем.
"Серега", покачиваясь, приближался к троице, приветственно помахав сумкой, с призывно звякнувшими бутылками. Он глупо и счастливо улыбался....
***
В тени клена молодой полицейский беседовал с девушкой в платье с большими вишнями. До конца дежурства оставался час. Но тут пискнула рация, и его напарник прислушавшись, нахмурился. Помахав рукой и подозвав приятеля к себе, он сообщил:
- Три трупа в районе свалки! Ять-перемать, похоже бомжи сивухой перепились... Но надо ехать.
Скрыв унылые лица сотрудников в своем кузове, старенький уазик чихнул облачком черного дыма и не спеша побежал по пыльной дороге.