Я прекрасно помню свой первый день войны. Если быть точнее, первую ночь, тогда немецкий снаряд приземлился на Пригорную улицу рядом с нами, нас очень сильно тряхнуло и мы испугались.
Папа и мама резко закричали, чтоб мы все живо выбегали на улицу. На улице кричали: “Война!, война!”, мы заметили как прямо по улице выносили убитых из домов, складывали их в ящики, в округе стекла были выбиты на всех домах.
Спустя несколько дней мы образовали уличные комитеты, все дежурили по очереди, искали бомбы и следили за порядком. Папу призвали служить в ПВО, но он раньше с этим не сталкивался, работал лишь в бригаде которая разгребала завалы с людьми.
Папа, Сергей и Николай вместе проходили службу в армии, Гриша был на войне возле Севастополя, там же и был ранен в ногу, которую потом ампутировали.
Дело шло к осени, к нам привезли военную хлебопекарню. Рядом с ней стояли пять лошадей, повозки с сеном и солдаты. У нас был большой двор, лошадей иногда приводили к нам.
Обычное население в 1941-1942 и не было почти, все уехали, но при транспортировке на корабле люди были обречены получить немецкий снаряд в борт, из-за этого родители решили остаться дома.
Школа во время первой бомбардировки была уничтожена и нас перевели в другую, напротив кладбища которое с каждым днем пополнялось и становилось больше. Через некоторое время бомбить стали все чаще и уроки были отменены на неопределенный срок.
У соседа Соломона был во дворе сделан окоп, который защищал от бомбежек, нас пригласили туда и мы всей семьей пошли к вечеру к ним в гости.
Было очень узко в нем, поместились с трудом, их было четверо и нас тоже, на следующий день мы ушли, папа стал искать новое укрытие.
Папа переместил нас в пещеру, которой раньше пользовался сосед, мы с Вовой были на побегушках, бегали домой за едой все время, во дворе была буржуйка и мы на ней готовили убитых лошадей.
Через пару дней мы узнали, что в окоп соседей прилетел снаряд и убило их дочку а остальных присыпало землей, папа пришел и всех позвал к нам в пещеру.
Во время бомбежки у меня были вши, но после того как она закончилась то вши тоже куда-то пропали, мне кажется это было из за стресса.
Наступил июль 1942 года, фашисты уже были ближе к нам, я сидел дома а сестра с мамой в пещере и двое соседей. Ночью меня будит отец и говорит: “Аленку ранило”, оказывается Аленка шла домой ночью с мамой и они увидели возле стадиона танк, он дал пулеметную очередь и в сестру залетела пуля в руку и бок. Я отвел ее с папой утром Покровский собор, там был во время обороны медпункт.
На месте сделали перевязку но Аленка умерла, на дворе был 1942 год, ей было 16 лет. Я часто ее вспоминаю, она была очень красивой и доброй.