Некоторые авторитетные источники связывают с 11 мая 1939-го начало событий на Халхин-Голе: возможно, Вы помните, этот двухнедельный конфликт с японцами – они придумали, было, строить железную дорогу практически на границе с Монголией, а потом сообразили, что так не годится – и границу надо бы отодвинуть… Монголы, натурально, упрутся; на помощь братскому народу выдвинется СССР; агрессор, что называется, «получит по зубам» – а Г. К. Жуков впервые явит свой недюжинный полководческий талант…
…Для нас эта необъявленная война осталась «конфликтом», а вот японцы называют её «второй русско-японской»… впрочем, об обеих войнах мы ещё не раз поговорим, а сегодня вспомним событие, которое, по мнению иных, стало важной причиной «первой русско-японской»;произошло оно как раз 11 мая 1891 года – и вошло в историю как Происшествие в Оцу.
…Итак, полугодом ранее цесаревич Николай Александрович отправился в образовательное путешествие – примечательно, что это традиционное для наследников престола мероприятие на сей раз прошло по необычному маршруту. Будущий Николай II двинется не в милую российской элите Европу, а, совсем наоборот, – в Азию. (Сейчас мы бы сказали: «в связи с возрастающей ролью региона…» – в конце позапрошлого века происходило ровно то же самое; в частности, Александр III затеял строительство Транссибирской магистрали, на закладку, которой цесаревич как раз и успеет – впрочем, это будет несколько позже). Сообщим, что будущий царь проедет более полусотни тысяч километров, посетит Египет, многие города Индии, Цейлон, Бангкок, Гонконг – и, наконец, прибудет в Японию, где он сначала сделает себе татуировку дракона, а потом… станет жертвой покушения!..
…Надо сказать, отношения с восточным соседом у нас были тогда настороженные – именно поэтому японцы из кожи вон лезли, чтобы оказать высокому гостю уважение – но недосмотрели!.. Отчасти их извиняет то обстоятельство, что кортеж атаковал один из полицейских оцепления –некто Цуда Сандзо внезапно выхватит саблю, бросится на наследника – и дважды ударит его по голове!.. Нимало не смутясь, цесаревич пустится в бегство – а на террориста накинутся греческий принц Георг и рикши обеих высоких особ. После непродолжительной и бестолковой потасовки, злоумышленник обронит своё оружие – а там, очень своевременно, подоспеет бдительная охрана – причём, наша раньше, чем местная!..
…Выражаясь сухим языком медицинского заключения, последствия для Николая Александровича были такие: «…две раны в правой волосистой части головы длиной 9 и 10 см, а также отщеплён кусочек кости». (Впрочем, будущий царь быстро опомнился, и, по отзывам свидетелей, только нервно курил, пока ему делали перевязку).
…Не то было с русским двором, и – особенно! – японцами. Страна Восходящего солнца пришла в ужас; газеты твердили: «злодей… не будет достаточно наказан, пока его тело не разрежут на сто кусков!» В родной деревне Цуда Сандзо запретят называть детей именем бедолаги, а родственников подвергнут остракизму. (Более того – город Оцу чуть не переименуют, а одна девушка в Киото не вынесет «национального позора» и заколется перед мэрией. В Токио, так переживали, что закрыли не только биржу с театром, но и – страшно подумать – публичные дома!..)
…Впрочем, наши обеспокоятся не меньше: Александр прикажет поездку свернуть. Николай неделю не показывал носа со своего крейсера – а потом он отбудет во Владивосток (где, вскоре и украсит своим присутствием упомянутую закладку Транссиба).
…Героические рикши будут щедро вознаграждены обеими сторонами. (От России им, помимо орденов св. Анны, достанется пожизненная пенсия размером с годовую зарплату члена местного парламента).
…С несостоявшимся цареубийцей выйдет юридическая закавыка… разумеется, народ и правительство, что называется, « в едином порыве» потребуют казни – но законы мирного времени не предусматривали наказания выше пожизненной каторги – именно такое решение и вынесет неподвластный давлению японский суд. Россия, впрочем, выразит полное удовлетворение – а уже в сентябре Цуда Сандзо внезапно (но очень для всех кстати) помрёт от пневмонии...
(…По другой версии, бедняга уморит себя голодом – на суде он утверждал, что не мог упустить случая убить будущего завоевателя родных островов. Некоторые сочтут его фанатиком, другие – безумцем, истинные мотивы нападения так и останутся покрыты мраком…)
P.S. …Принято считать, что подзабытое сейчас не вполне приличное выражение «японский городовой» навеяно именно этим событием.
P.P.S. До конца жизни император мучился головными болями и недолюбливал японцев – которых, как говорят, называл «макаками». Могло ли это поспособствовать началу войны? Неясно – и, в конце концов, начали-то не мы… Впрочем, это – совсем другая история.