Настенка уже часа два стояла у магазина, выпрашивая у входящих и выходящих людей копеечки. Голова нещадно чесалась, желудок урчал, в глазах порою темнело.
Третий день она уходила на улицу из отчего дома. Отчий… В её ситуации это звучало дико. Мать с отцом пили ещё до её рождения. Своим появлением на свет она ничегошеньки не изменила.
Почему служба опеки не вмешивалась, она не знала. Да и вообще не слышала такого слова.
На самом деле Насти не существовало. Её не было по документам вообще. Мать в пьяном угаре родила её прямо в квартире и продолжила дальше пить. Даже ради пособий мать не пошла её оформлять, некогда было из-за пьянок.
Как девчонка выжила - одному Богу известно. Подкармливали собутыльники мамаши, более заботливые, чем она сама.
А теперь, когда девочке исполнилось восемь лет, мать вообще сказала, что кормить ее не будет - большая уже. Пусть идет и сама на еду зарабатывает.
Воду, как и свет, в их квартире давно уже отключили за неуплату. Возможности помыться, а уж тем более постирать одежду, у девочки не было. Летом она еще ходила на маленький прудик, а сейчас вода уже покрылась тонкой корочкой льда. У Насти появились вши. Ох, как же она хотела от них избавится, но в таких условиях, с такой матерью…
Третий день она сидела у этого магазина в попытке хоть что-то поесть. Но люди входили и выходили, но все время мимо, пряча глаза. Лишь пара старушек поделились с ней своими копеечками.
Настя уже собиралась уходить и снова ночевать в парке, перед этим купив себе батон хлеба и маленькую коробочку сока, на большее просто не хватало. К ней вдруг подбежала… собака. Маленькая, породистая, с ошейником, явно потерялась. О такой девочка и мечтать не смела. Собачка тыкалась ей в руки и тихонько скулила.
Настенка обнимала ее и плакала. Никто из людей к ней подошел, видимо боялись испачкаться, а возможно ответственности. Лишь эта маленькая собачонка была сегодня без предрассудков.
Но, оказывается, не она одна. Минут через пятнадцать появился хозяин собачки - мальчик примерно одних лет с Настей. “Привет”, - сказал он Насте. Та ответила ему. “А ты чего тут сидишь?” - спросил любопытный мальчишка.
Настя не нашлась, что ответить. Тут к мальчику подошла его мама. “Ну все, сейчас ругать его будет за то, что со мной разговаривал…” Другие так очень часто делали. Для них Настя как прокаженная была.
А эта подошла и спросила хочет ли Настя есть. Еще бы она не хотела…
Женщина с сынишкой не купила ей что-то, а повела домой. Там вымыла ей руки и лицо с мылом и посадила за стол. Картофельное пюре с домашней котлетой… Такого девочка еще не видела.
“Вши?” - спросила женщина у Насти. Та испуганно кивнула. “Сиди ешь, я сейчас”, - сказала та и куда-то ушла. Вернувшись, она отвела девочку в ванную, хорошенько отмыла и обработала ей голову только что купленным средством.
“Наденешь пока Ванькину одежду, а там посмотрим”, - сказала она засыпающей девочке. И действительно, та буквально вырубалась после теплой ванны и сытной пищи.
Ангелина на руках донесла уснувшую Настю до дивана, укрыла пледом и стала думать, что делать. Не помочь девчонке она никак не могла - когда-то ее саму добрые люди спасли от пьяной в дым матери, а долг, как известно, платежом красен...