Безбрежный диапазон творчества Гойи - от кровавых ужасов войны до сатирических портретов сильных мира сего - снискал ему мировую славу как самого могучего художественного таланта Испании ХVIII века.
Франсиско де Гойя (1746-1828) принадлежит к плеяде крупнейших европейских живописцев. Сын бедного позолотчика сделал блестящую карьеру, став первым придворным художником.
Уже в зрелые годы Гойя увлекся графикой, запечатлев едва ли не самые мрачные образы, когда-либо возникавшие в человеческом мозгу. Оставаясь в безвестности при жизни художника, эти серии гравюр стали смелым шагом из ХVIII века в современный мир.
Из низов к вершинам
Гойя родился в глухой деревушке Фуэндетодос близ Сарагосы, что в провинции Арагон. В школе он не без труда освоил навыки чтения и письма, но сельский учитель быстро приметил одаренность юного рисовальщика. После четырехлетнего ученичества у местного художника 17-летний Гойя, вооруженный лишь талантом и безграничным честолюбием, отправился покорять Мадрид.
После двух неудачных попыток поступить в Академию изящных искусств Гойя поступил в студию художника- неоклассика Франсиско Байеу. Позднее он некоторое время провел в Риме, изучая искусство барокко и рококо.
По возвращении в Сарагосу Гойя получил первый важный заказ - серию настенных росписей для церковной часовни. Вскоре он находит невесту и с нею приобретает связи в художественных кругах. Ею стала Хосефа Байеу, сестра его бывшего учителя.
К тому времени Байеу снискал известность при дворе и работал под руководством немецкого мастера Менгса. В 1774 г. Гойя получил по протекции шурина заказ Карла III на создание картонов для гобеленов. Из-под кисти художника вышла серия очаровательных сценок из деревенской жизни, персонажами которых были «махи» и «махо», словно выхваченные из толпы на мадридских улицах. Получив доступ к коллекции короля, Гойя познакомился с творчеством великого портретиста XVII века Веласкеса. Молодой художник был поражен глубоким психологизмом его бесстрастных, на первый взгляд, парадных портретов и позднее говорил: «У меня было трое учителей - Рембрандт, Веласкес и Природа» (имея в виду природу человека).
В то самое время, когда юный Гойя делал первые шаги в искусстве, в Европе начал утверждаться новый стиль - неоклассицизм. Самой благодатной почвой для него стала Франция, где философы из кружка Вольтера и Дидро пребывали в поисках нового общественного устройства, свободного от засилья погрязших в пороках монархии и церкви. Высшим идеалом служения отечеству, справедливости и высокой морали им представлялись античные республики Греции и Рима с их классически строгой симметрией форм в архитектуре и искусстве. Однако гению Гойи было тесно в узких рамках неоклассицизма.
С годами Гойя завоевывал все большее признание и даже стал членом той самой Академии, которая отвергла его в юности. Обретая уверенность в своих силах, он все чаще ссорился с другими художниками, особенно с Байеу. Впрочем, теперь у него самого не было недостатка в заказах, первым из которых стал портрет премьер-министра Флоридабланка.
Наконец, в 1786 году Гойе было пожаловано звание придворного художника. Теперь он был так занят, что работал далеко за полночь, освещая холст свечами, прикрепленными к полям шляпы. Художнику покровительствовали всесильные герцоги Осуна. и он, бывало, хвастал: «Я работало только по рекомендации друзей или для самых высокопоставленных особ».
В 1789 г., когда французские монархи стали пленниками Революции, на испанский престол взошла новая королевская чета - Карл IV и Мария Луиза. В честь этого события Мадрид приготовил коронованным особам торжественную встречу с празднествами на всю ночь. Город был залит морем огней - на улицах горели 120 тысяч свечей, факелов и фонарей, народ плясал на площадях до самой зари. Однако этим ярким праздником ознаменовалось начало самой мрачной эпохи в истории Испании. Ленивый и туповатый король пребывал под каблуком супруги-интриганки, которая, не теряя времени, назначила своего любовника Мануэля Годоя первым министром, и вскоре вся троица стала ненавистной не только испанскому народу, но даже наследнику престола Фердинанду.