Битва. Произнося или читая это слово, представляешь себе сталкивающиеся армии, массовый героизм, страшные потери и решающий результат.
Земля тряслась – как наши груди,
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой...
В битве на кон ставят все, что есть. Тут или пан или пропал. Не случайно славяне называли битвы побоищами.
Искать решающего сражения, а не просто продолжать борьбу, вынужден тот, против кого играет время. Кому не выгодна борьба на истощение. Кто теряет, а не наращивает силы. В битве у него появляется шанс. Тот, кто становится сильнее (или надеется на это) на фоне слабеющего противника должен уклоняться от битвы. Высший пилотаж – выиграть войну вообще без сражений.
Тактические и стратегические наработки, материальная и духовная мощь или немощь, готовность биться до конца – все проверяется в битве. Разговоры заканчиваются – начинается настоящее дело. Это тот самый понедельник, с которого я начинаю делать зарядку (бросаю пить, прекращаю смотреть сериал или играть в компьютерную игру). Список можно продолжать до бесконечности.
Всякая ли битва – это борьба добра со злом? Конечно, земные правители, пытаясь максимально мобилизовать население, стараются преподнести ее именно так. Ведь большинство людей отделяет свои интересы от интересов государства. Не каждая битва в истории России – Куликово поле. Священную войну с силами зла ведет не только Святая Русь, но и «Град на холме» – США – оплот свободы и демократии против «империи или оси зла». Даже на пряжках солдат Гитлера было написано «С нами Бог». В каких битвах должен принимать участие христианин?
Апостол Павел говорит, что «наша битва (по-славянски – брань) не против плоти и крови». Наша война не против людей, какими бы плохими они ни были. Нам надо «стать против козней диавольских». (Еф. 6:11–17). Достоевский, раскрывая эту библейскую истину, говорит, что «поле битвы – сердца людей». И он как никто знал, где проходит линия фронта между добром и злом: зло сражается нами, как орудием, стоит только один раз пойти у него на поводу, а за добро приходится раз за разом подниматься усилием воли и перед лицом сгустившейся тьмы уповать на то, что Бог – за нас.