Химики Третьего Рейха разрабатывали ужасающее химическое оружие, но оно так и не было использовано против войск Союзников в ходе Второй Мировой войны.Статья Сары Эвертс.
Происхождение нервно-паралитических газов.
Среди всех видов химического оружия нервно-паралитические газы являются самыми вредоносными. Незначительный контакт с ними может привести к долговременным последствиям со стороны нервной системы жертвы, а получение высокой дозы приводит к болезненной смерти, чаще всего от удушения.
Этот вид оружия используется как армиями, так и террористами. Их использовали на полях боя во время Ирано-Иракской войны, во время террористического акта в Токийском метро 1995 года, а в недавнем времени при разгоне демонстрантов в Сирии. Несмотря на вредоносность, у этого вида оружия интересная и малоизвестная для многих история. Восемьдесят лет назад, перед началом Второй Мировой войны, нервно-паралетические газы разрабатывались в нацисткой Германии. Во времена Третьего Рейха немецкие ученые разрабатывали бомбы, способные переносить химическое оружие, их действие должно было быть направлено на Союзников. Так же немецкая армия тайно создавала запас химического оружия, закапывая подобные боеприпасы.
Если Германия использовала бы химическое оружие во время сражений или в качестве стратегических атак на британские города, то «нет никаких сомнений, что эффект был бы ужасающим» — заметил в своей книге «Война Нервов» покойный Джонатан Б.Теркер, эксперт по химическому оружию.
Читайте дальше, чтобы узнать о случае, который привел к изобретению нервно-паралитических газов, о том почему Гитлер не использовал это оружие, и как их повсеместное распространение стало результатом «холодной войны».
Мрачное открытие
Как это часто случается в науке, нервно-паралитические газы были открыты случайно. Герхарду Шрадеру, 33х-летнему химику конгломерата И. Г. Фарбен, была поручена разработка нового инсектицида. Основная задача, поставленная руководством Третьего Рейха, заключалась в том, чтобы уменьшить зависимость Германии от продуктов, импортируемых из-за границы. Для этого было необходимо минимизировать вред наносимый насекомыми запасам продовольствия.
После нескольких неудачных попыток создать пестицид на основе фтора и серы, химик начал экспериментировать над созданием вещества на основе фосфора и цианида. Первый прототип был настолько ядовит, что сам Шрадер оказался в больнице, где пробыл несколько недель. После чего, 23 декабря 1936 года, он вывел вещество, которое назвал «Вещество 9/91». Это был сильнейший яд, который в разведенном виде не только уничтожал насекомых, но и вызывал такие симптомы, как рвота, одышка, расширение зрачков, диарею у обезьян и других млекопитающих, в некоторых случаях он даже приводил к смерти животных.
Согласно записям работодателей Шрадера, его опыты были признаны провальными. Ведь перед ним стояла задача разработать яд, воздействующий на насекомых, а не на широкий круг животных. Принимая во внимание токсичность вещества для людей, И.Г.Фарбер поставило в известность о разработке военное руководство Германии.
Разработка Табуна
На Северо-Западе Берлина располагается величественная Цитадель Шпандау. Сейчас на территории Цитадели проводят свадьбы, музыкальные концерты, сезонные ярмарки и спектакли, и вряд ли кто-то из посетителей представляет, что во времена Третьего Рейха на территории Цитадели лучшие ученые Германии в разрабатывали химическое оружие. Работы велись тайно , ведь это противоречило Версальскому мирному договору, действующему с конца Первой Мировой войны.
Когда ученые, работавшие в Шпандау, проанализировали действие «Вещества 9/91» Шрадера, они были настолько поражены, что назвали это вещество Табун, от немецкого слова Табу (запрет). Уже существующие яды, такие как горчичный газ и фосген, убивали жертв за несколько дней, табуну нужно было всего 20 минут. Армия заплатила Шрадеру и его коллеге 50 000 немецких марок ( примерно 20 000$ на то время).
Вскоре немецкие военные разработчики нашли способ использовать Табун в военных целях, помещая его в снаряды, которые были защищены от возможной утечки. Другие ученые проводили опыты на животных, чтобы отточить способ производства яда, найти антидоты и разработать аналоги. В 1938 году Шрадер создал вещество, которое было в два раза токсичнее для обезьян, чем Табун. К Июню 1939 года, он доложил о создании нового вещества под названием «Субстанция 146» в Цитадель Шпандау, где военные химики начали разрабатывать процесс получения вещества и исследовать физиологические эффекты после его применения. Позже газ был переименован в зарин, название является акронимом имен его разработчиков: Schrader, Otto Ambros, Gerhard Ritter, and Hans-Jürgen von der Linde.
Вооружение и хранение
Вторая Мировая война была не за горами, поэтому немецкие вооруженные силы строят завод, способный производить до 400 кг яда, в лесистой местности Раубкаммер недалеко от Мюнстера. Там были проведены испытания воздушных бомб, содержащих табун. В результате было обнаружено, что самый лучший способ распылить этот газ — слабая детонация, чтобы он мог рассеяться как туман.
К весне 1943 года, после нескольких лет войны, первая крупномасштабная фабрика табуна в небольшом городе Дюрхфурт (Бжег-Дольны), в 40 км от польского Вроцлава, производил 350 метрических тон (350 000 кг) в месяц. К концу войны фабрика произвела 12 000 метрических тонн табуна и загрузила его в воздушные бомбы и артиллерийские снаряды.
Дюрхфурт(Бжег-Дольны), являлась фабрикой принудительного труда. За годы войны сотни работников фабрики умерли от токсических поражений, переутомления, недоедания и болезней. На фоне остальных жителей города они выглядели как ходячие трупы.
Несмотря на все усилия, затрачиваемые на производство табуна, ученым было ясно, что зарин был лучшим химическим оружием. Зарин был более летучим и токсичным, чем табун, но его было сложнее производить. Несмотря на это, в 1943 году немецкие вооруженные силы одобрили строительство совершенно новой фабрики по производству зарина в Фалкенхагене, в 70 км от Берлина.
Наработки нобелевского лауреата
В 1943 году немецкий Военный Офис Артиллерии принял на работу Рихарда Куна, чтобы тот изучал газ нервно-паралетического действия. Кун был экстраординарным химиком. В 1938 году он выиграл Нобелевскую премию за вклад в изучение структуры и функций соединения витамина B и каротина. Так же Кун был ярым нацистом, все свои научные рукописи и письма он заканчивал подписью «Sieg Heil».
Перед Куном и его коллегами стояла задача понять механизм воздействия нервно-паралитических газов. Они обнаружили, что подобные вещества блокируют энзим под названием холинэстераза, который отвечает за разрушение ацетилхолина, нейромедиатора, который выпускается в синапсы, места контактов между нейронами или нейронами и мышечными окончаниями. Когда этот фермент заблокирован, нервные клетки в мозгу и мышцах остаются в состоянии чрезмерного возбуждения, что приводит к появлению различных симптомов, таких как потливость и чрезмерное слюноотделение, расширенные зрачки, рвоту, и удушье.
В ходе исследования Кун и его команда синтезировали новое вещество — зоман, которое в два раза лучше блокировало холинэстеразы, чем зарин.
Вето Гитлера
С начала Второй Мировой войны многие военные стремились к использованию оружия, в состав которого входили нервно-паралетические газы, причем использовать его хотели «на больших территориях стран противников ударами с воздуха» — говорил немецкий полковник Герман Окснер в 1939 году.
Он говорил:
«Нет никаких сомнений, что такие города, как Лондон оказались бы в состоянии непередаваемого хаоса, что помогло бы надавить на правительство соответствующих стран».
Но Гитлер не делал этого, даже после сокрушительного поражения в битве под Сталинградом, которая, как многие полагают, стала поворотной точкой во всей войне. Почему Гитлер накладывал вето на их использование?
Некоторые историки указывают на то, что Гитлер и сам был жертвой химического оружия — вероятно, горчичного газа — во время Первой мировой войны. Поэтому Гитлер думал, что использование ядовитых газов на поле боя было бы неэтичным. Но подобные суждения были бы невероятно непоследовательными, учитывая его директиву, которая разрешала использовать Zyklon B (Циклон Б) и другие ядовитые газы, чтобы убивать миллионы заключенных концентрационных лагерей.
Возможно, подобное решение Гитлера не исходило из его личного опыта. Немецкая армия имела огромный успех со своей стратегией Блицкрига: быстрых и разъяренных нападений с использованием танков, бомбардировщиков и сопровождающей их пехотой. Использование нервно-паралитических газов привело бы к загрязнению области, которую должна была занять их армия. Так же были опасения, что Союзниками было открыто мощное химическое оружие, и возможен пропорциональный ответ.
Невежество союзников, шпионские сказки.
Союзники не имели не малейшего представления о том, что немецкие военные разрабатывали и накапливали целую линейку невероятно токсичного химического оружия. Но они могли это знать, они должны были это знать. В 1943 году Германия проигрывает шестимесячную битву в Тунисе, а Союзные войска взяли в плен приблизительно 230,000 солдат Оси.
Среди этих военнопленных был немец, который сообщил британским следователям, что был химиком, который работал в секретном институте химического оружия — Цитадели Шпандау в Берлине — над новым ядом с «поразительными свойствами». Его описание вещества без цвета и без запаха, которое может убить в течение 20 минут, звучало слишком идеальным для того, чтобы быть правдой. Несмотря на то, что следователи, проводившие допрос, считали, что солдат не врет, офицеры британской разведки, находящиеся в Англии, в эту историю не поверили. 10-страничный отчет, поданный следователями, был проигнорирован.
План по убийству Гитлера
В последние месяцы войны Гитлер становился все более настроенным на поражение. В беседе с рейхминистром Альбертом Шпеером он говорил: «Если война будет проиграна, то и страна должна будет исчезнуть». В марте 1945 года Гитлер, решив следовать политике выжженной земли, выпускает Декрет Неро (Сносы на Территории Рейха), в котором приказывалось уничтожать инфраструктуру немецких территорий, чтобы та не попала в руки надвигающихся Союзников.
Переживавший за послевоенное будущее страны, Шпеер решил не выполнять некоторые части директивы.
В своих послевоенных мемуарах и других публикациях Шпеер утверждал, что рассматривал вариант убийства Гитлера с использованием табуна или другого химического оружия, использовавшегося во время Второй Мировой войны.
Шпеер искал способ распылить яд в бункере фюрера близ Берлина, где Гитлер проводил основную часть своего времени. Перед тем, как он решил осуществить свой план, Гитлер приказал увеличить охрану бункера и заблокировать вентиляционный выход трехметровой дымовой трубой, так как боялся, что Красная Армия может попытаться отравить его.
Многие считают историю Шпеера неубедительной. Скептики замечают абсурднось его рассказа, ведь сложно представить, что один из самых влиятельных людей Рейха не мог найти достаточно высокую лестницу, чтобы добраться до верха дымохода. Тем более после войны многие нацисты сочиняли невероятные истории, чтобы обелить себя и избежать судебного преследования. Например, Шпеер долгое время утверждал, что не подозревал о Холокосте. Но согласно документам, найденным после его смерти, он был прекрасно осведомлен о происходившем в Освенциме.
Самоуничтожение
В начале 1945 года, когда войска Союзников с успехом продвигались по Германии, немецкая армия шла на экстремальные меры, чтобы скрыть их боеприпасы заполненные зарином и табуном, «о которых Союзники по всей видимости ничего не знают, и которые ни при каких обстоятельствах не должны попасть к ним в руки», было написано в директиве фельдмаршала Вильгельма Кейтеля.
Но транспортировать эти боеприпасы по особо охраняемым территориям было очень сложно, отчасти потому что железные дороги были разбомблены, а сама территория Германии подвергалась авиаударам Союзников. Например, в ходе одного авиаудара со стороны Американских воздушных сил, летчики, не знавшие о секретном химическом грузе, сбросили бомбы на грузовые вагоны, заполненные боеприпасами с табуном. Это произошло недалеко от города Лосса в Германии. Четыре жителя города умерли от ядовитых паров за считанные минуты. Позже тысячи бомб заполненных табуном переправлялись на баржах по таким рекам, как Дунай и Эльба.
Когда Красная Армия приблизилась к заводу по производству табуна в Дюрхфурте (Бжег-Дольны), немецкие военные выгнали работавших на заводе людей даже без зимней одежды. Многие из тех, кто выжил в результате обстрела, были убиты немецкой тайной полицией, чтобы не допустить распространения информации о производстве нервно-паралитических газов. Тем не менее, русские обнаружили заводы по производству зарина и табуна. И как только информация о новых нервно-паралетических газах оказалась у них в руках, они забрали все необходимое и развернули завод по их производству в Сталинграде.
Послевоенные разработки химического оружия
Американские военные впервые столкнулись с химическим оружием, когда производили обстрел одной из барж, следовавших по Дунаю в Баварии. К удивлению американских солдат, всего после нескольких раундов огня, немцы подняли белый флаг и признали, что груз — заполненные табуном бомбы — могли убить их всех.
Тогда же, британские военные нашли огромное количество документов об исследованиях химического оружия в Цитадели Шпандау и его испытаниях в Раубкаммере. Поскольку ученые Союзников обнаружили, что некоторые немецкие боеприпасы содержат мощный, неизвестный органофосфорный нервно-паралитический газ, который был намного более токсичным, чем все, что было у них на вооружении, они начали бороться за военные трофеи. Вскоре американцы и британцы объединили свои силы и начали поиски ученых, занимающихся исследованиями в области химического оружия.
Когда они арестовали изобретателя табуна Шрадера, он незамедлительно передал им все формулы и другие наработки по нервно-паралитическим газам. Когда американцы и британцы узнали, что русские построили свой завод по производству табуна и зарина в СССР, стало ясно, что негласная гонка вооружений началась.
После Второй Мировой войны Союзники разделили Германию на четыре части и соперничали между собой за право владеть техническими инновациями.
Операция «Скрепка»
Поскольку напряжение между Америкой и Советским Союзом росло, обе супердержавы принимали к себе немецких ученых, чтобы извлечь выгоду из информации о технологических инновациях Третьего Рейха. В США к делу каждого ученого, в котором они были заинтересованы, была прикреплена скрепка (отсюда название). Президент Гарри Трумэн не хотел допустить приезда в Америку радикально настроенных нацистов. Но многие самые многообещающие ученые были членами НСДАП. В результате американские рекрутеры редактировали их досье, чтобы удалить упоминание о нацистском прошлом, и писали для них новые биографии, чтобы те получили возможность работать на военных в США.
Одним из самых известных примеров является Вернер фон Браун, возглавлявший исследования нацистов в области ракетостроения, являлся членом НСДАП, а после войны переехал в Штаты и работал в NASА. Применение его знаний позволили американским астронавтам стать первыми людьми, достигшими Луны. Многие ученые химики так же были приняты на работу в Эджвудском Арсенале в штате Мэриленд для разработки химического оружия и в Горное управление для работы над синтетическим топливом. У британской армии была схожая операция, которая называлась Операция «Спичечный коробок». Работая с другими учеными, эти вражеские химики помогали создавать нервно-паралитические газы нового поколения и разрабатывать способы их хранения. Это продолжалось до 1997 года, когда вступила в действие Конвенция о запрещении химического оружия. Ō
источники
Эта история нервных агентов была собрана из «Войны нервов» Джонатана Б. Таккера, а также документы или беседы с историками Хельмутом Майе из Рурского университета Бохум, Уте Дейчманом из Университета Бен-Гуриона в Негеве и Флорианом Шмальцем Институт истории Макса Планка.Статья Сары Эвертс.