Всё-таки терминология далеко не всегда в точности отражает смысл и грани того, что же, собственно, хотели этим самым термином описать. В итоге старается учёный муж, выписывает, к примеру, формулировку того же счастья, а дома тёща доходчиво ему объясняет, что в абзаце не хватает домика на море для стариков, абонемента в салон шуб и золотой горчичной ложки для заслуженного семейного энцефалофага. А жена добавляет, что в характеристиках счастья не прописан тургор, и вообще это слово пишется с двумя...
эээ... шариками.
Так и с определением галлюцинаций. Ну вот что значит - «представления, достигшие чувственной силы и яркости предметов и явлений»? Нет, так-то оно, в принципе, понятно, но где рельефность, где полнота? Естественно, сразу же находятся товарищи, которые уверяют, что уж с ним-то — да ни в жисть. Он твёрдо стоит, трезво смотрит, себе в зеркало не улыбается и вообще уж при его-то при уме способен понять, какой крокодильчик настоящий, а какой накуренный. И без толку объяснять, что для человека, у которого начались галлюцинации, они и есть теперь часть его собственной реальности. Как сказал один доктор, испытавший подобное явление на себе — я понимаю, что в моём рабочем шкафу не может быть енота в каске и с повязкой на глазу. Неоткуда ему там взяться. Проблема лишь в том, что он там есть.
Поэтому история, которая произошла давно, став своего рода классикой, которую приводят в пример на одной из кафедр психиатрии, довольно показательна, и я вам сейчас её поведаю.
Пациента к психиатру отправил врач другого профиля: то ли ЛОР, то ли терапевт — сейчас уже никто и не припомнит. А дело началось на даче, по весне. Приехал мужик перекопать участок, собрать мусор, оставшийся с зимы — да и завис там на все майские праздники. Как водится, не без подогрева изнутри: погода-то в мае, сами понимаете, коварная, без сугреву да без протирки оптических осей работа не клеится. Употреблял, как уверяет, не зло: размеренно, с закуской. Вот закуска-то и подвела. Попало в нарубленный салат яйцо ужа. Как, почему — бог весть. Наверное, неистов был при перекопке, вот и поддел лопатой, а оно шварк — и в салатнице, что на веранде стояла. В обед салат был употреблён под водочку, и пикантного ингредиента мужик бы не заметил, если бы тщательнее пережёвывал пищу. А так — ухнуло оно в пищевод целиком, пригрелось, и вывелся из него ужик.
И нет бы этому ужику пойти естественным перистальтическим путём и покинуть организм, как это делает вся прочая уважающая себя органика, что не успела перевариться. Нет, он решил задержаться. Мол, тепло тут, кормят, да ещё и наливают время от времени. Вот и приноровился: порезвится в желудке — и наверх, в носоглотку ползёт. Надо же ещё с хозяином поболтать о том да о сём. Жизни его поучить. Благо что на хозяйских-то харчах подрос и из мелкого червячка сомнения стал змеем мудрости.
Мужик, правда, такой прививки мудрости не оценил, и в рационе его появилось молоко: то в комплекте с селёдкой или огурцами, для ускорения процесса и в надежде, что мудрость уйдёт на очередной волне перистальтики, то в виде полного блюдечка, на которое тот подолгу медитировал с открытым ртом: а вдруг соблазнится и вылезет сам? Уж мудрости соблазняться упорно не желал, да ещё и критиковать взялся обидно, и мужик отправился к доктору. Тот выслушал, поглядел везде, куда мог залезть или рентгеном просветить, после чего резюмировал:
-- Ну вот что, гликозид вы мой сердешный. Дуйте-ка к психиатру, поскольку если кто и поможет в такой ситуации — так это только он. С вашей рептилоидной мудростью лишь ему под силу управиться.
Делать нечего, отправился уженосец в психдиспансер. И долго там препирался с доктором, доказывая, что никакой галлюцинации, да ещё и на почве алкоголя, у него и в помине нет. Вот ужик мудрости, как объективная реальность, данная в ощущениях конкретно ему — имеется, одна штука, а галлюцинаций — да в своём ли вы уме, доктор? Доктор предложил вместо предложенного мужиком традиционного маршрута сходить вместе простым логическим путём. Пошли. Откуда ужиное яйцо в мае, когда они их в июле-августе откладывают? Доктор, это был ранний уж. Хорошо, пусть ранний, но почему он в желудке не растворился? Доктор, это был кислотоупорный уж. Опять же, как знать: вдруг у меня кислотность пониженная. Ну предположим, что кислотоупорный, пусть его. Но почему он разговаривает? Ведь наукой доказано, что у ужей нет заточенного под эту цель голосового аппарата? Мужик с укоризной поглядел на психиатра:
-- Доктор, это мой уж. И у МОЕГО ужа голосовой аппарат есть.
Сошлись на том, что уж галоперидолу не помеха: в конце концов, он же мудрый, он поймёт. А там и змей куда-то делся. Уполз, наверное, нести свою мудрость в массы.