7 мая — день радио. Поздравляю всех радио-сотрудников и хочу поделиться парой забавных случаев, которые, да, да, как и все мои байки, происходили на самом деле!
Моя бабушка Нина была диктором на радио. Очень много лет, даже десятилетий. В советские времена. Так что исторический контекст для одной байки очень важен. Зато для второй — ничуть, в конце концов, с каждым может случиться...
Диктор без юбки
В сталинские времена с дисциплиной было ой как круто. А уж для диктора, который вещает в прямом эфире — безо всяких подмен, записей и прочих современных штучек, прийти вовремя к эфиру было ну абсолютно необходимым делом!
Радио включается в приемниках советских граждан в 6 часов утра. То есть диктор должен быть на работе хотя бы за несколько минут до этого. И желательно в рабочем состоянии — сосредоточенным, строгим, безо всяких болей в горле или сбитого дыхания.
И вот как-то раз баба Нина — то есть это для меня она баба Нина, а в описываемое время она была еще молодой дамой, буду называть ее просто Ниной — банально проспала. Ну будильник не сработал, со всеми бывает.
Просыпается — караул! Только до работы добежать успеет! Подскакивает с кровати, снимает ночнушку, набрасывает кофточку, бегом в ванную умываться. Позавтракать уже не успевает. Накидывает плащ и выскакивает из дома.
Добегает до работы, скидывает плащ... и обнаруживает, что примчалась на работу в одной кофточке, без юбки!
В студии всегда два человека, "голоса" — женский и мужской. И через пару секунд, закономерно, вбегает ее коллега, он тоже опаздывает. Нина снова накидывает плащ, а коллега изумленно на нее смотрит. До эфира — секунды. В студии адская жара.
Нина выскакивает в коридор, нападает на уборщицу и умоляет ее отдать ей халат — в обмен сует ей свой плащ.
Уборщица оказалась сообразительной, мигом сбросила халат, надетый прямо на исподнее (хорошо, что утро раннее и по коридорам никто не бродит), отдает Нине, та накидывает его на себя и, даже не застегнувшись, влетает в студию.
Так всю смену и вела эфир в этом халате. Ее коллега страшно потешался весь день.
Влетело Нине страшно. Хорошо, что хоть с работы не выгнали.
Почему влетело? Да потому, что — напоминаю — не было никаких записей. Все в живую!
То есть в студию приходят гости разных программ, журналисты, музыканты, певцы. И все с изумлением пялятся на диктора в халате уборщицы! Вот попробуй после этого придать голосу нужную серьезность и поддерживать нужный тембр голоса и настрой!
Номер домер
Дикторов в студии всегда двое. И они зависят от настроения друг друга, от состояния здоровья и личных дел. Ну и от того, как коллега говорит...
Как-то раз Нина читала какие-то городские новости и вдруг сбилась. А всего-то навсего надо было прочитать "по тротуару".
— ...про тротуару... — вдруг вырывается у нее. Она тут же пытается исправиться: — По тортуару... протруа... топроару...
Коллега смотрит на нее дикими глазами. Наконец, Нина выговаривает злосчастные "по тротуару" и заканчивает свой кусок. В дело вступает коллега и посреди фразы тоже сбивается:
— ...номер домер.... простите, домер номер... простите, дом ном, ном дом, дом помер...
Теперь уже Нина пугается, а затем пытается привести коллегу в порядок — машет перед ним руками, показывает, что надо заткнуть рот — хотя бы на долю секунды, дальше все пойдет как надо. Но коллега словно забыл все приемы дикторов. На него напал азарт. И он упорно пытается выговорить этот проклятый "номер дома":
— ... доомер ноомер... номер домера...
Нина сует ему в руки стакан воды. Он фыркает в него — брызги летят во все стороны, в том числе на бумаги с текстом. Зато он, наконец, успокаивается. Солидно откашливается, и строго говорит:
— номер домер восемнадцать по улице...
А Нина понимает, что после такого концерта, она сейчас тоже чего-нибудь такое устроит.
Коллега, наконец, умолкает, переключая микрофон на нее. А она вдруг размахивается и отвешивает ему звонкую пощечину!
У него глаза на лоб, а ей становится так стыдно — сама же начала этот аттракцион! Зато всё волнение тут же улеглось. Далее новости они дочитали безо всяких происшествий...
...Знакомые, которые это слышали, потом рассказывали, что страшно веселились и на "протротуары", и на "номер домер". Даже пощечину они услышали, но решили, что это в студии шкаф упал...