После встречи с женой моего любимого, я окончательно решила начать новую жизнь с чистого листа, без него. Этому способствовало то, что я закончила учебу, получила диплом и пора было подумать о работе. Моя родственница устроила меня для начала секретарем директора на одно достаточно крупное предприятие. Она сама там работала. Директором оказался невысокий, полноватый, лысоватый мужчина, лет 55. Иван Владимирович был добр и снисходителен ко мне, относился, как отец к дочери. Он никогда не ругался на меня, если я косячила по работе, (а поначалу это было постоянно, но, благо на предприятии был целый штат делопроизводителей, которые могли подстраховать меня по работе), часто отпускал меня после обеда, если не было заданий, выписывал небольшие премии к моему мизерному окладу. Я росла без отца и в моих мечтах, мой отец должен быть именно таким. Я искренне привязалась к нему. Да, собственно, он со всеми был добр, постоянно в хорошем настроении, улыбался и шутил. Я считала, что мне очень повезло с руководителем. Чтобы его разозлить, нужно было сильно постараться. С ним же на предприятии работала его жена и оба сына. Моя родственница, которая меня устроила, рассказывала, что о нем ходили сплетни, что , якобы, с предыдущей секретаршей, которая проработала до меня лет 7 на этом месте, у него был роман, и у нее от него ребенок. Эта молодая женщина теперь пошла на повышение и трудилась в соседнем отделе, и я ее прекрасно знала, и у нее , действительно, был внебрачный ребенок. Но я в эти сплетни не верила. Я была уверена, что Иван Владимирович прекрасный, светлейшей души человек. Но однажды он попросил меня остаться после работы, сославшись на то, что нужно подготовить много документов к следующему утру. Все работники уже разошлись по домам, даже уборщица уже помыла полы, а мы все сидели. Было уже часов 8 вечера, когда он попросил заварить ему чай. Я принесла ему чашку с чаем , печенье и конфеты. А он и говорит: "Ты же тоже не ужинала. Принеси чай и себе. Посидим, поболтаем, передохнем и снова за работу примемся. " Мы сидели, он расспрашивал о моей жизни, о маме, об учебе. И в какой то момент этой задушевной беседы он вдруг достает из шкафа коньяк. И говорит мне: "Вот благодарный заказчик принес. Может, выпьем по чуть-чуть, от усталости. Мы это заслужили, рабочий день был длинный". На мое замечание, что, мол, я не смогу дальше работать в таком случае и наляпаю кучу ошибок в документах, он сказал, что разрешает и вообще своего начальника надо слушаться. На этом этапе меня уже начали мучать смутные подозрения, что ситуация выходит из-за под контроля. Но я коньячок то пригубила. На голодный желудок мне мигом повеселело и через 5 минут на мир я смотрела уже совсем другими глазами. Иван Владимирович уже начал казаться не таким уж старым и лысым, и я уже рассматривала его не как отца, но как потенциального мужа. Богатый, заботливый, добрый, - что еще нужно? Разница в 30 лет? Ерунда, такие браки нынче в моде! О его жене я как то забыла на тот момент. Повышение градусов в моей крови снижало градус моей моральной ответственности. В какой то момент он начал гладить меня по волосам, спускаясь рукой все ниже. Затем он придвинулся ко мне и коснулся губами моего рта. Даже сквозь пьяный дурман я почувствовала, что его губы не такие упругие, а дыхание не такое свежее, как у молодых мужчин. Это меня даже немного отрезвило. Вывернувшись из его объятий, я попросила разрешения идти продолжать работать. Но Иван Владимирович отпустил домой. Уже дома, окончательно протрезвев, я была озадаченна произошедшем и размышляла, как мне вести себя дальше со своим директором. Сплетня о внебрачном ребенке от секретарши уже не казалась такой нелепой.